7 февраля 2012

Владимир Путин встретился с доверенными лицами

Владимир Путин встретился с доверенными лицами. Фото РИА Новости

Фото РИА Новости

«Мы абсолютно открыты для любой дискуссии. Нам есть о чём сказать и есть куда двигаться».

 

В. Путин

Стенограмма:

 

В.В.Путин: Уважаемые коллеги и друзья! Я позволю себе именно так к вам обратиться, потому что мы с вами хотя бы на непродолжительный период времени становимся коллегами. Имею в виду, что вместе будем работать в этой избирательной кампании, а друзья – потому что это те люди, которые согласились поддержать своего кандидата. Но на что я сам обратил внимание? Конечно, я видел список тех, кто будет сегодня в зале, давно, но всё-таки я ещё раз пролистал этот список, он большой. На что я обратил внимание? Здесь собрались самые разные люди, причём люди разных политических убеждений на самом деле. Со многими я знаком – знаком давно и лично, и хорошо, многих не знаю лично, многих знаю давно, с некоторыми дружу прямо много лет. И я знаю, что это люди разных взглядов, я на это обратил внимание. О чём это говорит? Во-первых, в нашей стране должность Президента в известной степени является надпартийной, и это в общем нормально, это многое объясняет. А во-вторых, я знаю, что многие из здесь присутствующих не только поддерживают вашего кандидата (я позволю себе так сказать), но и достаточно критично относятся к тому, что было сделано в стране, и, может быть, даже критично оценивают некоторые наши планы. И в этом я вижу, как ни странно, большой плюс. Почему? Потому что, значит, у нас с вами есть живой процесс и возможен живой процесс обсуждения, поиска наиболее эффективных путей развития нашего государства.

 

И ещё один момент, который я считаю крайне важным. Здесь собрались люди, которые очень, как сейчас модно говорить, по-взрослому относятся к проблеме, по-серьёзному. С одной стороны, критически в чём-то, а с другой стороны, по-серьёзному относятся к судьбам нашей Родины – без всякого фиглярства, без политического жонглирования, а хотят, чтобы страна наша развивалась успешно, уверенно двигалась вперёд, стабильно.

 

Нам с вами нечего стесняться, и мне нечего стесняться. Мы абсолютно открыты для любой дискуссии, я хочу это подчеркнуть: для любой дискуссии! Я вчера встречался со специалистами в области внутренней политики, международной политики – политологами, и для себя ещё раз зафиксировал: нет ни одной темы, я хочу это подчеркнуть, ни одной, которую мы могли бы или хотели бы закрыть, скрыть, глаза куда-то спрятать. Ни одной! Мы по каждой теме готовы свободно, ясно, открыто говорить с обществом, с нашими людьми.

 

Я уже много раз говорил о том, что сделано в последние годы. Я не буду сейчас к этому возвращаться. Вы все люди грамотные, ответственные, успешные в своих регионах, своих отраслях – я это знаю, я практически каждую биографию прочитал ещё раз, – добились очень многого, больше половины здесь присутствующих в зале знает вся страна и гордится вами. В регионах вами гордятся за то, что вы сделали для региона, для страны в целом, для нашего народа. И хочу сказать, что и в целом много сделано, но повторяю: не буду сейчас про всё говорить, но повторю то, что в общем сказать не стыдно. Скажем, по результатам прошлого года у нас одни из лучших результатов в мире, я хочу это подчеркнуть ещё раз: в мире по всем показателям мы занимаем первые лидирующие позиции – и по росту валового внутреннего продукта, и по росту промышленного производства, и по минимальной инфляции. Я смотрел два дня назад: в Федеративной Республике говорят о новом экономическом чуде, они снизили безработицу до 7,4%, по-моему, где-то в таком режиме. А у нас – 6%! Она меньше, чем была до кризиса. Мы в 2 раза сократили количество людей, живущих за чертой бедности за эти годы. Но я сейчас говорю это не для того, чтобы у нас крылья вырастали, нет. Я хочу сказать, что действительно мы ещё больше должны сделать. И вот я могу и дальше перечислять наши достижения прошлого года, их много действительно. Реально по совокупному показателю мы, наверное, на втором месте после Китая и по уровню роста промышленности, производства, некоторым важнейшим социальным показателям, как я уже говорил, снижение безработицы и так далее. Но здесь надо сказать прямо, пока у нас доходы на душу населения существенным образом отстают от развитых экономик мы не можем чувствовать себя спокойно. У нас и в прошлом году, к сожалению, рост реальных доходов населения – всего 0,4%. Сейчас по последним данным, это будет примерно 0,8%, где-то к 1% приближается. Рост зарплаты (профсоюзные лидеры не дадут мне соврать) – побольше, где-то 3,7%, но общие доходы меньше 1% (реальные, за вычетом инфляции). Кстати говоря, и инфляция у нас с вами минимальная за 20 лет, рост цен минимальный за 20 лет, а смертность снизилась в 5,6 раза. Младенческая смертность находится на таком уровне, которого не было предыдущие 19 лет. Минимальная младенческая и материнская смертность за 19 лет. Это всё-таки результат целенаправленной работы.

 

Если по экономике ещё можно говорить, что там конъюнктура помогла, да, помогла отчасти конъюнктура, но целенаправленные действия властей и поддержка общества позволили нам проводить взвешенную экономическую политику. Скажем, допдоходы прошлого года – только 10% мы направили на потребление. Это значит, что мы инфляцию не разгоняли, сознательно это делали, хотя нас подталкивали к тому, и всё время подталкивают: истратим, истратим, истратим. Но в социальной сфере, по демографии существенный рывок вперёд. Да, конечно, к сожалению, у нас сокращалось до сих пор население, но впервые за много лет у нас увеличилась численность населения, правда, с миграционным притоком, но тем не менее. Было 142 млн с небольшим, стало 143,03.

 

Но ещё раз хочу к этому вернуться: пока уровень доходов на душу населения в стране будет оставаться низким, мы не можем чувствовать себя удовлетворенными. И для этого нужно много сделать, для того чтобы выйти на эти показатели. Для этого недостаточно просто уделять внимание экономике. Для этого нужно, чтобы всё общество, всё государство было эффективным. А чтобы оно было эффективным, нам с вами нужно уделить первостепенное внимание развитию наших государственных и демократических институтов. Нам нужно ещё больше проявить внимания к развитию социальной сферы – здравоохранения, образования, которое вообще становится движущей силой прогресса в современном мире, номер один, наверное. Нам нужно больше сделать с точки зрения обеспечения нашей внешней безопасности, а значит, безусловно, нужно исполнить те планы, которые у нас есть в сфере обороны и безопасности. Нужно модернизировать Вооруженные силы, а для того чтобы модернизировать Вооруженные силы, нужно модернизировать наш оборонно-промышленный комплекс. Нам, безусловно, нужно обеспечить продовольственную безопасность. Кстати говоря, вот у нас в советские годы ещё, да и сразу в постсоветское время, всё время говорили о сельском хозяйстве как о чёрной дыре. Вы это хорошо знаете, мы же это читали во всех газетах. А назначение на должность министра сельского хозяйства всегда считалось расстрельной должностью, потому что всегда всё было в минусе, несмотря на огромные затраты государственных ресурсов. У нас даже порты были настроены только на то, чтобы принимать хлеб – технологически. Все портовые сооружения были такие, что нельзя было отгружать, можно было только принимать. Страна наша стала третьей в мире по объемам экспорта зерна. Да, мы вынуждены были немножко на короткое время прекратить экспорт с целью обеспечить страну после двух лет засухи, но в этом году мы опять вернулись к экспорту, опять экспортный потенциал у нас третий в мире. Кстати говоря, я уже упоминал об этом, если бы такая засуха была бы без наших сегодняшних возможностей и без такого внимания со стороны государства, которое мы оказали сельскому хозяйству, у нас было бы что-то похожее на голод 30-х годов. Вот тогда, даже тогда, не было такой засухи, как в предыдущие годы, а мы прошли её так, что почти никто не заметил. Это результат целенаправленной работы, это не просто так удалось. Это поддержка сельского хозяйства в финансовом отношении – субсидирование ставок по кредитам, это дешевое топливо, это дешёвые минеральные удобрения. Конечно, и здесь ещё много проблем, нерешённых вопросов. Но нам есть о чём сказать и есть куда двигаться.

 

Куда двигаться? Я уже с этого начал. Первое – нам нужно, конечно, обеспечить качество государственных демократических институтов. Второе – нужно больше внимания уделять социальной сфере – образованию, здравоохранению и так далее. Невозможно ничего этого сделать без обеспечения внешней безопасности и внутренней безопасности. Но ничего, ни одну из этих задач невозможно решить без эффективно развивающейся экономики. Это, конечно, ключ, основной ключ к успеху на всех направлениях. Пусть на меня не обижаются те, кто занимается искусством, культурой, – конечно, без этого нам невозможно развивать общество, у нас не будет тех моральных и нравственных ориентиров и ценностей, на которые общество может ориентироваться, и добиваться наивысших результатов по всем указанным мною только что направлениям.

 

Я сейчас хочу закончить свой монолог тем, с чего начал. Здесь присутствуют люди самых разных политических взглядов, и ещё раз хочу сказать, что меня это очень радует, потому что это значит, что мы с вами и сейчас, и в будущем в открытой дискуссии всегда сможем найти оптимальные пути развития нашего государства. Большое спасибо вам за поддержку. Я вас слушаю.

 

Пожалуйста, мы можем в такой свободной дискуссии пообсуждать вопросы, которые вы считаете целесообразными.

 

М.О.Толбоев (лётчик-испытатель, почетный президент ОАО «Авиасалон», Герой России): Коллеги, друзья, очень хорошо Владимир сказал. Вы простите, я голос потерял на Поклонной горе. Коллеги, нет такого человека, который никогда не летал. Вы все авиаторы на этой земле. Я сегодня вышел сюда не потому, что мне хочется сказать, я уже так много сказал, что у меня душа болит. Я вышел сказать, что оборонная промышленность – основа основ. Ещё основа основ – самолётостроение и ракетостроение. Это локомотив, за ним всё остальное. Машиностроение, станкостроение, вся остальная технологическая часть.

 

Я на чём хочу остановиться. Владимир Владимирович, мы знаем состояние авиации России: мы имели 1341 аэродром – сегодня осталось 123, мы имели 6 тыс. площадок – сегодня осталось 60. Мы потеряли стратегическую авиацию.

 

Я хочу перейти от большого к малому. Это малая авиация и региональная авиация. Вот, Гамзат Магомедович (Г.М.Гамзатов– председатель Общественной палаты Республики Дагестан, президент Международного общественного фонда Расула Гамзатова) здесь, всеми уважаемый человек. Раньше летали (Махачкала – это маленький пример для большой страны): Махачкала–Кавминводы–Ростов, Ан-24 самолёт. Сейчас летаем Махачкала–Москва, Москва–Ростов, Ростов–Махачкала, Махачкала–обратно. 400 км мы вынуждены преодолеть за 4 тыс. И притом ценообразование, смотрите, какое? И всё это, Владимир Владимирович… Я не хочу Вам вопрос задать, я хочу попросить Вас. Где Министерство промышленности и торговли? Торговли – я понимаю, все торгуют. А где промышленность? Где Христенко? Промышленностью он не занимался никогда, он уничтожил нас.

 

Вот здесь, Владимир Владимирович, указ о малой авиации для Вас. Америка сейчас имеет на руках 450 тыс. самолётов. Это частный сектор, который обеспечивает геологов, геодезию, санитаров, почтовиков и так далее, и так далее. У нас 1683 самолёта, и благодаря Вам вышел этот указ. Но указ вышел, а регламентирующие не вышли никакие. Где Росавиация? Чем эта Росавиация занимается, кроме поборов? Они уничтожили нас. Мы сейчас… Вы знаете, любого и меня в том числе можно посадить в тюрьму сразу, потому что мы летаем подпольно. Вот я построил аэродром – 335 млн рублей нашёл. Воскресенск, город, великолепно, не хуже Канады и США. Приходите, посмотрите, я Вас приглашал, я передавал. Посмотрите, что мы сделали. Дайте нам, мы сделаем сами, мы же не денег просим, мы просим свободу действия, верить нам, мы не пираты. Нам знаете, что отвечают? Прокуратура на транспорте, МВД на транспорте, ФСБ говорят: «Вы можете на Кремль налететь». Слушайте, поставьте тогда по МКАД тысячу ракет. Ну нам-то хоть дайте свободу в стране.

 

Владимир Владимирович, 28 тыс. населённых пунктов в XXI веке в России не имеют никакой связи, вообще отрезаны регионы друг от друга! Что говорить о больших делах?! Что творится в Сибири?! Я летал по всем этим аэродромам, я всё это видел, мне жалко людей. Просьба, пожалуйста, я, во-первых, даю Вам (обращение к Вам было) – это новый стратегический наш ракетоносец, о котором Вы слышали, наверное, говорили. Я оставлю Вам, хорошо? Это мой долг, конструкторы меня просили лично. Я прошу поддержать оборонную промышленность. Разделите нас с этой торговлей: пусть одни торгуют, а другие живут. Знаете, самое страшное сейчас что для нас? Этот менеджмент.

 

В.В.Путин: У нас сегодня кто торгует, тот и живёт.

 

М.О.Толбоев: Менеджмент. Вы знаете, если раньше генеральные конструкторы руководили ОКБ (опытным конструкторским бюро), то сейчас генеральные конструкторы ничем не управляют. Менеджмент! Очень хороший, говорят, менеджер. Он, говорят, очень хороший менеджер, а инженеры не нужны, учёные не нужны. Мы последние из могикан. Вот мне 60 лет, Владимир Владимирович, я чуть старше Вас. Мы уходим, а после нас, Вы знаете, никого нет. Лётчиков-испытателей нет в России! Нет! Что говорить… Я желаю вам успехов. И в конце скажу: указом Президента создали НЦА (Национальный центр авиастроения) в городе Жуковском, в 40 км от Москвы. Всё есть, но никто его не выполнил. Вы указ издали – никто его не выполнил. А прошло пять лет, в феврале будет пятилетие Вашего указа. А теперь представьте, что было бы в Советском Союзе за провал пятилетнего плана… Спасибо вам. Надеюсь!

 

В.В.Путин: Видите, как своевременно я сказал, что здесь присутствуют люди самых разных политических убеждений? У нас самолёт пятого поколения кто в воздух поднимает? Вы?

 

М.О.Толбоев:  Мы.

 

В.В.Путин: Нет-нет. Вы лично?

 

М.О.Толбоев:  Нет. Я поднимал в 1981 году ещё…

 

В.В.Путин: Нет-нет…

 

М.О.Толбоев:  А сейчас поднять – много надо. Сергей, молодой парень…

 

В.В.Путин: А вы говорите, у нас нет лётчиков-испытателей. Ладно, садитесь. Спасибо большое. Значит… Секундочку, я должен ответить, отреагировать. Вы знаете, сердце кровью обливается, когда мы смотрим на какие-то вещи, которые нам всем дороги и которые не находятся пока в том виде, в котором бы нам хотелось. Вот наш уважаемый лётчик, герой, всем известный, уважаемый многими специалистами и вообще в народе любимый, сейчас говорил с болью о том, что сейчас происходит со стратегической авиацией. И сравнивал: сколько у нас, сколько у США. Не всем известно, но, наверное, многие об этом слышали: военные расходы США в 25 раз больше, чем в России. Военные расходы США больше, чем совокупные расходы всех стран мира, вместе взятых. Вы понимаете, о чём идёт речь? Это первое.

 

Теперь второе. Нам не нужно сравнивать себя с США. Кто бы чего ни говорил и как бы ни относился к распаду Советского Союза, но мы с вами должны знать, что после распада Советского Союза наша страна утратила 49% территории, примерно столько же процентов экономического потенциала и населения. А если кто-то сегодня говорит о том, что нужно отделить ещё какой-то регион от России... Что останется от России? Мы с вами превратимся, – я уже говорил об этом, – в третьеразрядную региональную державу. Поэтому мы должны исходить из реалий – это во-первых.

 

Во-вторых, вот тот комплекс, о котором говорил Толбоев. Он очень правильно говорил на самом деле, реально я с ним согласен по очень многим моментам, почти по всему, но вот он и, я вижу здесь сидят военные, лётчики, они знают, что, я уже не помню в каком, в 1992-м или 1993 году, было принято решение прекратить патрулирование нашей стратегической авиации. Вот все говорят о мире, о дружбе, о сотрудничестве, но наши американские партнёры продолжали патрулирование своими крейсерами воздушными с ядерными боеголовками на борту, кстати говоря, а Россия прекратила. Но если Россия прекратила, а стратегической авиации ни у какой другой страны мира больше нет, только у России и у США, и год мы не летали, и два не летали, и три, и пять, ну взяли бы тоже прекратили. Для чего они-то летали? Это же не просто с нашей стороны была добрая воля. Мы это сделали, много лет не летали вообще. Нет, они так и продолжали. Но когда у нас определённые возможности появились, ваш покорный слуга принял решение возобновить патрулирование нашими ракетоносцами на известных маршрутах, удалённых от территории РФ, нашими стратегическими ракетоносцами. Это второе.

 

Теперь третье. Вот когда начался процесс такой бурной приватизации… Что на самом деле правильно: действительно, во многих отраслях государство неэффективно функционирует. И вот, когда сейчас я слышу «давайте то отберём, это национализируем», в то же время говорят о коррупции. Вот как только мы всё национализируем, коррупция возрастёт многократно. Невозможно будет контролировать этих чиновников, просто невозможно, и эффективность производства опять сократится. Но есть такие отрасли, скажем, как оборонная промышленность, где кроме государства вряд ли кто-нибудь что-нибудь сделает толковое. Это оборонная промышленность и такие крупные комплексы, как судостроение, авиастроение. Вот в процессе такой, я думаю, что достаточно бестолковой приватизации 90-х годов (хотя, повторяю, в целом процесс как бы правильный) у нас приватизированы были в значительной части различные структурные подразделения авиационного комплекса. А в мире сегодня такие сферы, как авиастроение, судостроение, скажем, атомная энергетика, некоторые другие сферы деятельности – они не развиваются без поддержки государства. В авиастроении вообще в мире-то раз, два, три игрока – всё, больше нет. И нам пришлось начать собирать осколки российского авиапрома постепенно. Но кроме того, что их разделили по частям, ещё и законы были приняты соответствующие. Их собрать-то было достаточно сложно. После того как было принято решение о том, что мы должны собрать их в единый холдинг, потребовалось несколько лет, чтобы законы поменять, чтобы решения принять, потому что уже всё было сформулировано. Потом, знаете, начинается какой процесс: каждый руководитель, директор – каждый сам по себе хороший, порядочный человек, но у каждого складывается впечатление, что вот его предприятие должно остаться независимым, и он здесь совершит чудо. А чудо не происходит, и вот каждый держится до последнего. Это просто такой закон жанра. Вот сейчас этот холдинг создан, он начинает работать. Но это вещи длительного цикла. Я хочу, чтобы это было понятно. Если мы хотим, чтобы это было по-серьёзному, основательно, нужно, конечно, и ресурсы выделять, терпения набраться и действовать настойчиво. Другая проблема связана с малой авиацией. Абсолютно правильно. И более того, я искренне убеждён, что такая страна, как Россия, с её огромной территорией, не может по-другому обеспечить связь между различными регионами своей огромной страны, кроме как используя возможности авиации, малой авиации. Конечно, никуда не годится, когда из одного района, края или области человек должен через Москву лететь в другой район того же края, области. Почему это произошло? Ну, потому что частные конторы не могут содержать малую аэродромную сеть, она затратна. Есть определённые ограничения, связанные с вот этим приватизационным процессом, и определённые этапы. На каком-то этапе это станет прибыльным, выгодным. Это связано ещё с платёжеспособным спросом населения, потому что даже на малых расстояниях всё равно платить нужно прилично, для того чтобы эти авиакомпании могли выживать и могли содержать аэропортную сеть. Для этого была принята недавно программа поддержки этой малой авиации и аэропортной сети. Да и сами самолёты: мы утратили их производство. Мы это всё с вами будем делать. Это в программе у нас находится, и это будем делать, так же как и будем поднимать, как наш знаменитый и талантливый лётчик-испытатель считает нужным сделать, возрождать отдельные сегменты нашего оборонно-промышленного комплекса. Вы знаете, что у нас принята не только программа переоснащения армии на 20 трлн рублей, но и программа переоснащения самой промышленности на 3 трлн рублей – это колоссальные деньги. Более того, производить современные боевые комплексы на старом оборудовании уже невозможно, и нам нужно кардинальное обновление. Мы это понимаем, знаем: такая программа разработана, и мы её будем осуществлять.

 

Пожалуйста.

 

Д.Н.Григорович (Председатель Приморского краевого Совета ветеранов войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов): Приморский край, город Владивосток, Григорович Дмитрий Николаевич, краевой совет ветеранов.

 

Владимир Владимирович, 20 января мы на краевом ветеранском активе приняли решение поддержать Вашу кандидатуру. Будем в этом направлении активно работать. Но в то же время в Ваш адрес прозвучали некоторые критические замечания, которые я бы хотел донести.

 

Во-первых, Владимир Владимирович, сегодня в обществе не совсем понятно, почему Вы очень либерально относитесь к некоторым министрам, с которыми работаете. Нас конкретно сегодня волнует то же Министерство образования: непонятно в обществе, куда мы идём. Военных и ветеранов волнует сегодня работа Министерства обороны. Есть вопросы, связанные с Министерством здравоохранения, особенно в обеспечении льготных категорий лекарствами. Была проблема, и эта проблема, по крайней мере, остаётся, никак мы её до конца не можем решить. В то же время эти моменты очень умело использует оппозиция, и мы как доверенные лица завтра придём в коллективы и начнём работать, мы будем получать в любом случае эти вопросы. Как нам сегодня сориентироваться? Я понимаю так: или мы сегодня должны, если они правильно и хорошо работают, их поддержать и защитить, а если они плохо работают, значит, наверное, сделать оргвыводы по этим людям. Это первый вопрос.

 

И второй вопрос, Владимир Владимирович: когда Вы были у нас в городе Владивостоке, мы Вам задавали вопрос по нашему госпиталю ветеранов. Вы знаете, всё сдвинулось с мёртвой точки. Сегодня губернатор дал команду в этом году этот госпиталь ввести, и мы уверены, что он будет. Сегодня от ветеранов большое спасибо, но есть ещё маленькое «но»: будучи Президентом… Когда будем перерезать ленту, мы Вас приглашаем, и было бы неплохо, если бы Вы сделали нам небольшой подарок – всего-навсего компьютерный томограф. Это позволило бы нам решить действительно ветеранские проблемы. Мы собираем там весь край. Спасибо.

 

В.В.Путин: Извините, а этот госпиталь федерального значения?

 

Д.Н.Григорович: Краевого значения госпиталь. Я понимаю, сегодня губернатор хорошо относится, но я говорю о подарке, том, который сделал бы нам Президент…

 

В.В.Путин: По поводу руководителей некоторых министерств и ведомств. Вы знаете, я буквально позавчера был в Перми, позавчера. Встречался с руководителями предприятий, крупнейших предприятий Пермского края. Там очень разносторонняя промышленность: там и углеводородное сырьё, добыча, переработка, там приборостроение, кстати говоря, для авиации, для морского флота, там машиностроение – хорошая такая диверсифицированная экономика края. И один из выступавших, как раз директор, который возглавляет крупнейший приборостроительный комплекс, успешный причём, говорит: «Знаете, огромное спасибо Вам за идею создания исследовательских университетов». Я говорю: «А вы-то здесь при чём?» Он говорит: «Как при чём? Мы не только оттуда сейчас кадры берём. Мы сейчас там заказы размещаем, вместе работаем с ребятами – и с молодыми учёными, и со студентами старших курсов. Мы задачи перед ними ставим. Мы как бы часть своих проблем смогли туда переложить, и они их эффективно решают». Другая составляющая этой работы – это создание сети федеральных университетов по всей стране. И один из выступавших говорит: «Знаете, а мы принимали участие в конкурсе на мегагранты». Есть такая программа у нас, в рамках которой мы от 130 до 150 млн рублей даём не учреждению, а конкретному учёному за предложенные им разработки в различных областях знаний, причём как российским, так и зарубежным. Половина из них приехали из-за границы и живут в России не менее полугода. Я недавно был в одном месте, тоже в регионе встречался. Из Германии приехал учёный, по условиям он должен прожить у нас три месяца, не меньше. Я говорю: «Вы здесь три месяца живёте?». Он говорит: «Полгода минимум». Я говорю: «А чего?». «Вы знаете, – говорит, – интересно. Ребята такие интересные, креативные, умные, с ними просто интересно. И потом, мы сразу вытаскиваем это на рынок. И моя задача, я чувствую, даже не столько здесь помочь в разработках, сколько на рынок вытащить эту продукцию». Она разносторонняя, и так по очень многим направлениям. Часть этих людей – это наши бывшие соотечественники, вернувшиеся из-за границы. Есть и другие направления работы, о которых специалисты знают, но широкая общественность краем уха что-то слышала. Очень много споров идет по поводу ЕГЭ, но это же не Фурсенко придумал. Он поддерживает его. А вот всё, что я перед этим сказал, – это придумал лично Фурсенко. У нас есть такие места (в любом Правительстве, кстати сказать), которые в шутку называются «расстрельными». Кого ни посади, всё равно через четыре-пять лет на нём будет лежать груз ответственности за то, что сделано и ещё больше, конечно, за то, что не сделано. А в этих сферах, также как в футболе или хоккее, все всё знают и понимают лучше, чем министр. Понимаете, я не собираюсь никого защищать. Говорят про проблемы с лекарственным обеспечением. Федерация выделяет 80% на бесплатные лекарства для регионов, закупают-то регионы, а не Министерство здравоохранения. Она (Т.А.Голикова) у нас девушка такая, с характером и крутоватая иногда на снарядах, может с коллегами как-то, с участниками этого процесса достаточно жёстко вести диалог. Я не говорю, что всегда это обоснованно, в профессиональной среде это часто вызывает раздражение, и, безусловно, это её ошибка как руководителя. Но вот я во вступительном слове говорил о том, что у нас младенческая смертность свелась к нулю… Ну не к нулю, но к минимальным показателям за 19 лет. Это же не просто так, это результаты работы министерства. Просто так ничего не сделать, не свалилось это с неба-то, это практическая работа в течение нескольких лет. Количество ДТП снизилось, снизилось количество смертей на производстве. У нас впервые началась пропаганда здорового образа жизни. На это деньги выделили. Вот я много раз упоминал о том, что мы два года назад провели так называемую валоризацию пенсий: пересчитали пенсионные права тех наших граждан старшего поколения, которые заработали эту пенсию в советское время. Вас как зовут, извините?

 

Д.Н.Григорович: Дмитрий Николаевич.

 

В.В.Путин: Дмитрий Николаевич, Вы считаете, что это правильно было сделано?

 

Д.Н.Григорович: Правильно.

 

В.В.Путин: Это Голикова придумала.

 

Д.Н.Григорович: Нет, но…

 

В.В.Путин: Я сейчас закончу. Она не только это придумала. Она в достаточно жёсткой конкурентной борьбе, как сейчас модно говорить, провела это решение до конца, потому что многие наши коллеги, прежде всего, конечно, из экономического блока, тогдашний министр финансов, некоторые другие говорили: не надо этого делать, это вредно для экономики, для пенсионной системы, её надо ещё доработать. И отчасти они правы, потому что у нас сегодня пенсионная система с большим дефицитом складывается, и мы гасим дефицит пенсионной системы из бюджета, из наших накоплений, из так называемого Фонда национального благосостояния, это нефтегазовые доходы на самом деле. Когда вот нам наши коммунистические оппоненты говорят: «А вот где нефтегазовые деньги»? – «Где-где? А вот там, и оттуда мы…» – «Надо бы их всем раздать». – «Мы не всем, мы тем, кто нуждается». Пенсионерам оттуда деньги даём, дефицит оттуда гасим пенсионной системы. Я не хочу сказать, что всё, что делали эти министры, является абсолютно безущербным. Есть ошибки и проблемы, и поведение часто – могли бы по-другому себя вести. Я знаю, в обществе такое же мнение о Министерстве сельского хозяйства. Есть и там проблемы. Но я вам уже говорил: я думаю, что здесь это общее место, но результаты работы сельского хозяйства по прошлому году – там рост самый большой в мире. В мире такого производства сельскохозяйственной продукции нет, как у нас в России! А от этого результат и по ценам, от этого результат и по снижению инфляции в целом: 6% – самый лучший показатель за 20 лет в России, как я говорил. Это комплексный результат работы.

 

Конечно, многое накапливается, да и люди тоже устают, вырабатываются. Вы знаете, я не потому что за кого-то держусь или у меня такая установка – не сдавать своих. Вообще, сдавать своих плохо. Никому бы не советовал, вообще один останешься. Но дело не в этом, дело в том, что опыт моей работы говорит о том, что можно, конечно, себя любименького прикрыть, когда люди критически к чему-то относятся, кадровой чехардой: тук-тук-тук, вот я хороший – я всех выгнал. Но это не по-честному по отношению как раз к тем людям, которые ждут результатов, и, как правило, не даёт положительного эффекта. Потому что взял одного – убрал, второй пришёл... Для того чтобы министру в такой труднейшей отрасли, как сельское хозяйство, медицина, здравоохранение либо образование, освоиться, минимум года полтора нужно. Ничего хорошего для отрасли и для граждан страны это не даёт, кроме пиара для руководителей. Я таким пиаром не хочу заниматься. Но это не значит, что эти должности навечно закреплены за этими людьми. Я уже говорил и могу ещё раз повторить, я думаю – не думаю, точно знаю, мы и с Дмитрием Анатольевичем на этот счёт говорили, и он согласен с этим, более чем согласен: мы, конечно, значительным образом будем обновлять кадровый состав Правительства. А тем, кто работал достойно, конечно, нужно, чтобы они могли достойно, на хорошем уровне продолжать работу, использовать свои знания и опыт. И сегодняшняя диверсификация нашей жизни, в том числе экономической, общественной, позволяет это сделать.

 

Д.Н.Григорович: Спасибо.

 

В.В.Путин: Пожалуйста. Саша, пожалуйста.

 

А.Г.Невзоров (Тележурналист, публицист): Добрый день! Владимир Владимирович, я думаю, что Вы даже не представляете себе степень идиотизма, происходящего на местах во время выборов, когда импульс, данный из Москвы, импульс, данный из штабов, доходит до регионов, доходит до городов. Вот трагический и загадочный провал «Единой России», который всех удивил, был отчасти связан и с тем, что на региональном, на том уровне, на котором всё, собственно говоря, и решается... Я говорю, у Вас не хватит силы воображения и фантазии вообразить дегенератизм того, что происходило, когда жители Таджикистана, раздающие листовки «Единой России», тут же на листовке писали быстренько фломастером размашисто телефон и на вопрос «Что за телефон?» говорили: «Плитку ложим».

 

Понятно, что в Вашей избирательной кампании, которая будет, надеюсь, триумфальна, но опасаюсь, что сложна, и не только потому, что март – это не лучший месяц для Цезарей, но ещё и потому, что, скажем так, этот административный ресурс, эти вот вылезания из кожи вон идиотов на местах (чиновников и местных штабистов) причиняют вреда гораздо больше. Посему, как Вы совершенно справедливо заметили, здесь собрались успешные люди, которых совершенно не устраивает кукольная роль или просто имиджевая роль доверенного лица Президента, кандидата в Президенты. Посему не могли бы Вы назначить какого-нибудь толкового дяденьку, с тем чтобы каждый из нас, увидев дегенератизм на месте, не обращался бы к истерирующим пиарщикам в штабах. Чтобы, грубо говоря, доверенное лицо Хазанов (Г.В.Хазанов) увидел бы, что на углу Невского и Литейного стоит агитатор-идиот, чтобы у него была возможность позвонить и чтобы с ним не дискутировали бы, не объясняли необходимость присутствия идиотов в избирательной кампании Владимира Владимировича Путина, чтобы не говорили, что «это такой сложный план…».

 

И пожалуйста, не замыкайте меня и всех остальных в этом вопросе, я думаю, что это общий вопрос. Мы не хотим быть куклами, чёрт побери! Мы сделали свой выбор. Это непростой, как Вы справедливо заметили, выбор, потому что очень многие относятся к Вам всерьёз, но сложно. Всё верно, но всерьёз. И посему не превращайте нас, пожалуйста, вот в таких вот куколок, давайте-ка продумаем, как можно это сделать так, чтобы у любого из присутствующих, по крайней мере увидевшего чудовищный брак в агитационной работе, дененератизм чиновников, который повредит Вам… Потому что не провалилась бы так «Единая Россия», если бы не вот эта шизофрения на местах. Давайте-ка такой вариант продумаем.

 

В.В.Путин: Как ваши лошадки поживают? Нет, я, правда, смотрю иногда, редко, но то, что я видел, что вы там делаете в своих конюшнях, – это впечатляет реально, действительно здорово. Вот. А по поводу того, чтобы назначить дяденек и тетенек, сейчас я скажу. Во-первых, хорошо, что вы здесь, а не в каком-то другом зале. И слава Богу, что здесь много таких дяденек и тетенек. Первое. Второе – я не думаю, что все проблемы «Единой России» связаны с тем, что кампания была организована как-то не так. Я думаю, что проблема более глубинная: это реакция людей на какие-то несправедливости и неспособность этой партии отреагировать на эти несправедливости, главным образом, конечно, на местах, в муниципалитетах, в городах, в посёлках.

 

И «Единая Россия» должна сделать для себя определённые выводы. Мы много раз об этом говорили, я говорил об этом прямо, открыто, и люди это прекрасно понимают. Для этого нужно немного, но это немногое очень важное. Нужно развивать процессы внутренней демократии внутри партии. Я уже говорил об этом. Да-да-да, Саша, правда. Сейчас, ну дайте мне договорить…Если, скажем, лидер партии будет избираться, другие партийные органы, административные органы, которые формируются партией, будут избираться прямым тайным голосованием всех, а не по указке сверху, как в значительной степени это происходит сегодня, даже не по указке, по указанию, а вот изнутри будет всё расти, тогда мы можем получить действительно серьёзную, многопартийную, эффективную систему, балансирующую интересы общества.

 

Что касается того, что кто-то вёл себя или организовывал кампанию недостойными средствами, методами, вполне это допускаю. И, конечно, вы правы: это тоже сыграло какую-то негативную, может быть, серьёзную негативную роль. Но это называется «эксцесс исполнителя». Теперь что касается того, кого бы назначить, какого дяденьку, который мог бы на это реагировать. Во-первых, я считаю, что здесь такие люди сидят... И я, откровенно говоря, рассчитываю на то, что именно вы сможете вовремя подсказать, помочь скорректировать, что-то убрать с этой политической сцены.

 

Реплика: А какие у нас есть полномочия?

 

В.В.Путин: Полномочия? Вы же мои доверенные лица. Вы имеете право и добровольно приняли на себя обязанность действовать напрямую от меня лично. В этом – все полномочия. А чтобы что-то скоординировать, для этого тоже есть дядька. Вот он здесь от меня слева сидит. Спасибо.

 

Л.А.Якубович (телеведущий, актёр, сценарист, продюсер): Я вот что хочу сказать, и этим я подтверждаю то, что говорил Невзоров. Я когда-то, к счастью, был одним из доверенных лиц Бориса Николаевича Ельцина. С тех пор, и сегодня тоже, не поднимается один вопрос, по-моему, очень важный. При постановке, при общем понимании изначальной задачи, я думаю, Вашему штабу надо учитывать психофизические параметры и особенности каждого из здесь присутствующих. Это очень важно. Это не смешно совсем. Кто-то может работать в маленьком зале. Кто-то может выступать в зале большом. Очень немногие могут работать и заниматься площадной агитацией. Из-за этого иногда уважаемые, достойные люди выглядят нелепо и неубедительно около микрофона. Я думаю, что следует, наверное, во многом решать индивидуальные задачи для каждого доверенного лица, исходя из того кредита доверия, который он имеет в том или ином регионе. Во-вторых, все регалии и т.д., но ещё, повторяю, психофизическое состояние. Человек может быть убедителен в определённой вакуоли. Он привык так работать. Вам удобно, например, работать со своими в кабинете или в таком зале. Но, повторяю, не многие могут держать площадную агитацию. Это совсем другая история, это – лозунговая речь. Это первое, как мне кажется. Второе. Я думаю, нас надо в том числе… Немногие (и я, кстати) не готовы к такой агрессивной, боюсь, конфликтной ситуации, которая может возникнуть. Я думаю, что и провокационные вопросы, которые в этот раз могут возникнуть, вполне заслуживают того, чтобы к ним готовиться. Этих вопросов, кстати, немного. Я думаю, что их порядка 100–200, но у нас не может быть разночтения, обязательно есть сравнительный момент. Начнут сравнивать, что каждый из нас говорит, что отвечает, и поскольку мы Вас представляем, то этот сравнительный момент может повлиять на то, что… То есть я-то думаю так же, но я сказал не так, там не так – на этом могут сыграть. Я говорю об эмоции, и слава Богу, что Станислав Сергеевич, который Ваш штаб возглавляет, больше, чем кто-либо другой, понимает в этом. Я бы хотел, я так думаю, что этот параметр важный… Поскольку здесь сидят Ваши доверенные лица, то есть часть Вас, извините, то каждый из нас, повторяю, зная изначальную задачу, должен быть готов к тому, на что способен, в том числе психологически. Извините. Спасибо.

 

В.В.Путин: Я, знаете, что хочу сказать вот на это? Садитесь, пожалуйста.

 

Во-первых, я очень благодарен Вам и тем людям, которые собрались здесь, Станиславу Сергеевичу, не только за сегодняшний день или за завтрашний. Я знаю, что вы неоднократно обращались ко мне, к моим коллегам с предложением вместе поработать и поддержать. И для меня такая поддержка реально очень важна. А когда Станислав Сергеевич вдруг неожиданно сказал: «Да, я возглавлю штаб», я, во-первых, был очень удивлён, а во-вторых, я ему сказал: «Станислав Сергеевич, подумайте, сейчас на Вас там столько накатят, сколько Вы никогда не видели и не слышали о себе того, что будут говорить». Ответ был очень серьёзным: «Нет, не то чтобы я готов, я считаю, что я должен это сделать. Я состоявшийся человек, от меня уже ничего не отнимут из того, что я сделал. Но я знаю, что я хочу, чтобы было так». И вот знаете, когда есть внутреннее убеждение, то ничего дополнительно практически здесь не нужно прикладывать. Вы говорите, немногие готовы к какой-то агрессивной борьбе. И не надо. Если кто-то хочет вести себя агрессивно или ведёт себя агрессивно, это всегда проявление слабости. И вообще каждый должен быть органичным для себя самого. И никто, вы понимаете… Кто же может Говорухину сказать, как ему себя вести? Он сам ещё поучит кого-нибудь, так же как и вы. Вы всю страну вон учите там, вокруг этого колеса вся страна бегает, поэтому я сразу вам хочу сказать: никто этого и не ждёт, и я этого не жду. Каждый должен быть самим собой. И если есть внутреннее убеждение, а его не может не быть, потому что (я повторяю ещё раз, я с этого начал) нам нечего стесняться, нет ни одного вопроса, от которого мы могли бы уклониться или глаза куда-то в сторону отвести. Ни одного! Поэтому, да, есть какие-то, наверное, проблемы. Да, можно, наверное, дискутировать о том, как можно было бы, наверное, сделать лучше, в чём я, честно говоря, очень сомневаюсь. Вот когда говорят: вот, у нас время упущенных возможностей. А каких возможностей? Вот здесь ветеран сейчас задал вопрос, скажем, о Министерстве здравоохранения и социального развития. Я ему сказал о вот этой проблеме валоризации и пересчёта пенсий. Вот какие возможности были упущены. Говорят, что надо было одновременно с проведением валоризации, с поднятием пенсий на 42% напрочь убрать такой институт, как досрочные пенсии. Как минимум! Это самое малое, что надо было сделать, как мне сказали. Мы не сделали – упустили такую возможность. Надо было делать тогда, потом вам будет сделать это невозможно. Это упущенная возможность или нет? Ну с точки зрения такой голой экономики в известной степени упущенная, потому что нам нужно балансировать Пенсионный фонд. Но с точки зрения интересов людей на сегодняшний день, ничего там не упущено, потому что для того, чтобы убрать досрочный выход на пенсию, надо сначала улучшить условия труда, чтобы у нас шахтёры в шахтах не задыхались и не дышали пылью там. А если они к 50 годам инвалидами могут стать, то как же убрать досрочный выход на пенсию?

 

Всё должно быть сбалансировано и все шаги должны быть продуманы. И действия должны осуществляться не в интересах голой теории, а в интересах конкретных людей. И именно так мы и поступали все эти годы, понимаете? Поэтому я ещё раз хочу подчеркнуть: нам нечего стесняться, и мы ни по одному вопросу глаза в сторону не должны отводить. И если есть внутренние убеждения, что мы действуем правильно и идём по оптимальному пути развития страны, то тогда не нужно проявлять никакой агрессивности. Агрессивность проявляют те, у кого аргументов нет. Вот.

 

Да, пожалуйста. Да, Гена, извини, пожалуйста.

 

Г.В.Хазанов: У меня буквально два слова дополнения к тому, что сказал Леонид Аркадьевич. Вы знаете что? Поскольку, действительно, каждый из сидящих в этом зале с этого момента или с момента, когда избирательная комиссия утвердила в качестве доверенных лиц, мне кажется, вот такой момент. Много лет назад я обратился с вопросом к Жириновскому: почему он таким образом общается с аудиторией? Мне это было интересно чисто технологически как человеку, который тоже имеет некоторое отношение к публичным выступлениям. Жириновский сказал одну очень серьёзную вещь, он сказал: знаешь, чем мы отличаемся? Ты обращаешься к разуму, а я к инстинкту. Так вот доверенные лица кандидата в Президенты Путина не должны обращаться к инстинкту…

 

В.В.Путин: Тут только к инстинкту.

 

Г.В.Хазанов: Ну тогда, Владимир Владимирович, у доверенных лиц есть один вопрос к оппонентам: ты хочешь жить? И всё, если речь идёт об инстинкте. Так вот у меня такое, что ли, пожелание было бы: может быть, кто-нибудь из команды, может быть, из команды пресс-секретаря, сделает такую (может, это назвать брошюрой)… Почему я говорю о том, что…

 

В.В.Путин: Цитатник.

 

Г.В.Хазанов: Нет, нет, господин Мао, что Вы, что Вы, Боже упаси, нет, я имею в виду совсем другое. Я хочу сказать, что всё-таки перечень вопросов, чтобы они не выходили на эмоциональный уровень, просто говорить: да вы что тут говорите? Вот то, о чём сегодня серьёзно Вы рассказали: практически это может рассказать только один человек – это Вы. Но поскольку Вам тяжело предстать вот в этом количестве и разделиться на всех, то всё-таки хотелось бы… Называйте это шпаргалкой, называйте это цитатником, но дело в том, что отвечать на конкретно поставленные вопросы не на эмоциональном уровне, не на уровне «сам дурак», а на том… да-да-да, только что был замечательный ответ по поводу истории с Голиковой, что это вот её была идея. А ничего, кроме критических замечаний и проклятий в адрес министра, что вот она такая, она такая, она такая… Поскольку такие подробности нам неизвестны, и конечно, невозможно освоить большую книгу в короткий отрезок времени, но хотя бы небольшую шпаргалочку дайте, пожалуйста, чтобы сказали: что вам надо? На какой вопрос? Он говорит: минуточку. Всё.

 

В.В.Путин: Знаю вас много-много лет и имею удовольствие и честь дружить с вами в течение всех этих многих лет. Во-первых, хочу вас поблагодарить за эту дружбу, а во-вторых, думаю, что таким людям, как вы и здесь присутствующим, шпаргалки не нужны. В тот момент, когда вы полезете за нужной цитатой, вы проиграли. И поэтому лучше сказать: ты… Вот да, вы это умеете делать. Это выигрышнее гораздо.

 

Что касается Владимира Вольфовича. Вы знаете, я уже говорил об этом, и я могу повторить ещё раз уже без всяких шуток. Я отношусь ко всем моим конкурентам с уважением. Потому что у каждого из них есть нечто такое, что заставляет меня подумать, что они в чём-то лучше, чем я. Есть ещё одно обстоятельство. Я просто убеждён: для каждого из них дорога Россия. Они её не сдадут. Другое дело, что то, что предлагается ими как кандидатами в Президенты, на мой взгляд, не является эффективным, а отчасти даже вредно. Вот в этом суть. Владимир Вольфович, допустим… Мы как-то, мы многократно, конечно, встречались, в один момент (я не буду, я не считаю себя вправе таких вещей говорить: «он такой эпатажный, агрессивный») – в один из моментов он как-то раскрылся как очень уязвимый человек. И это, честно говоря, даже повысило уважение у меня к нему. Даже ранимый, я бы сказал. Понимаете? Это, кстати говоря, очень хорошо. Это значит, что он человек, хороший, настоящий. Я без шуток это говорю. Я искренен. Меня это даже удивило. Но это хорошо. Это большой его плюс и преимущество. Но повторяю ещё раз, дело совершенно не в этом – не в том, что они там эпатажем занимаются, а в том, что многие вещи будут неэффективными, если будем реализовывать, а некоторые реально вредными. Они явно популистского характера: давайте все отберём, снова разделим. Конечно, очень хорошо так звучит, благозвучно для уха почти любого человека: вот есть жулики, которые всё украли у народа, давайте у них всё отберём и опять всё раздадим. Вопрос не в том, чтобы отобрать, вопрос в том, чтобы эффективно всё работало, вот этого надо добиться. Помните известную шутку насчёт внучки декабриста, когда ей говорят: «А вот мы любим вашего деда (или прадеда), он хотел, чтобы не было богатых». Она: «Нет, он хотел, чтобы не было бедных». То же самое: нам нужно, чтобы не было бедных. Мы с вами за предыдущие 10 лет добились того, что у нас количество людей, живущих за чертой бедности, сократилось ровно в 2 раза. Ровно в 2 раза! Это причём и по нашим оценкам, и по оценкам иностранных экспертов. У нас разные оценки этой бедности. Они считают, что по их западным меркам у нас 26% живущих за чертой бедности, а по нашим критериям – 12,5%. Но и по тем, и по другим оценкам количество этих бедных сократилось ровно в 2 раза, потому что, по их оценкам, у нас было 52%, по нашим – 25%. Ровно в 2 раза сократилось за последние годы. Вот это принципиальная вещь.

 

Вот мы с вами и разговариваем, чтобы вы знали об этом. Да, вот пожалуйста. Сейчас, сейчас, мы сейчас переедем сюда. Хорошо? Сейчас-сейчас, вот там коллеги хотят.

 

Г.А.Вавилов (композитор, профессор Петрозаводской государственной консерватории): Вавилов Геннадий Алексеевич. Я из Карелии, из города Петрозаводска. Я – профессор консерватории, работаю 45 лет уже в консерватории, со дня её основания, и преподаю разные теоретические дисциплины, композицию. Стало много выпускников – лауреатов международных конкурсов, даже у нас есть пианист, который на Конкурсе имени Листа взял первое место. К тому же я композитор, и, к моему счастью, не будет это, наверное, самохвальством, школа в Костомукше названа моим именем и моим именем назван международный конкурс пианистов Баренц-региона. На этот конкурс приезжает много талантливых детей абсолютно со всего мира, не только из Баренц-региона. У нас в Петрозаводске полная система по вертикали музыкального образования: это музыкальные школы, музыкальные училища, консерватории, но самым уникальным является финно-угорское отделение в консерватории. Совершенно все люди финно-угорской национальности России приезжают к нам учиться и получать высшее образование. Это редчайшее вообще явление и, наверное, государственной политики, которая поддержала организацию этого факультета.

 

Владимир Владимирович, мне бы хотелось сказать, что на период Вашего правления у нас в Карелии произошёл ренессанс искусства. Обычно закрывают филармонии, ликвидируют симфонические оркестры. У нас же открыли оперный театр, который в общем, так сказать, совершенно потрясающую постановку лучших опер – и зарубежных, и отечественных… У нас функционирует национальный финский театр. У нас функционирует детский театр. У нас два драматических театра. А население-то всего около 300 тыс. Да найдите вообще в мире такой город, где было бы такое количество культурных центров, как у нас в Петрозаводске! Я думаю, что едва ли можно найти. У нас в консерватории построили большой органный зал и приезжают органисты со всего мира. Притом, должен Вам сказать, оснастили концертный зал и обновили инструментарий не какими-то инструментами, а инструментами «Стенвей».

 

Но между тем мне хотелось задать такой вопрос: Вы знаете, самое дорогостоящее образование – это образование в области искусства. Семь лет музыкальной школы, пять лет школы или музыкального училища, пять лет консерватории, два года аспирантуры – 16–17 лет специального обучения. Заканчивает, и на работу… А ему предлагают за 8 тыс. преподавать. Это совершенно невозможно! Государство затрачивает такие средства, чтобы получился специалист. И в результате он не имеет возможности по профессии реализовать себя. Может быть, это неуместно, но я просто приведу пример. Я одного своего выпускника консерватории встретил на рынке. Я говорю: «Что ты делаешь? Ты же талантливейший, ты же мог бы раскрыться!» Он: «А разве я могу на такие средства выжить? Здесь я на рынке получаю 20–25 тыс., иногда мне ещё приплачивают. А 8 тыс.?» У меня к Вам вопрос: планирует ли руководство нашей страны улучшение в сфере оплаты культуры? Наверное, это тоже и музейные работники, как и учебные заведения, связанные особенно с музыкальным образованием. То, что я Вас поддерживаю… Меня восхищала амплитуда Вашей деятельности вообще. И наверное, я не боюсь эти слова на всю аудиторию сказать, что на сегодняшний день нет человека, который бы всеобъемлюще знал и промышленные, и военно-промышленные, и пенсионные, и проблемы театра. И как приятно Вас видеть в большом зале Московской консерватории в окружении выдающихся деятелей! Вас и это волнует. Но всё-таки вопрос у меня: планируется ли вот..?

 

В.В.Путин: Спасибо. Мы действительно немало сделали в области культуры, хотя, конечно, деятели культуры правильно ставят ряд вопросов, которые являются очень чувствительными. Эта сфера тонкая, очень важная. Но и скажем, не менее важная, чем вообще социальная справедливость по отношению к различным отраслям нашей деятельности.

 

У меня есть очень близкий мой товарищ, друг, который говорит, что вся музыка делится на две категории – «умба-умба» и «ум-ца-ца, ум-ца-ца». Но, поскольку он народный артист России, реально один из самых талантливых, я считаю, музыкантов в нашей стране, он знает, что говорит, я ему доверяю... Я к чему это говорю? К тому, что вот всё-таки серьёзная музыка отличается от тех двух типов, о которых я сказал, тем, что она никогда не заканчивается. Она никогда не заканчивается! В любой момент, казалось бы, всё завершено, уже финал, а можно продолжить дальше.

 

К чему я хочу сказать? Мы многое сделали, но нам ещё предстоит сделать не меньше. Но чтобы нам не уподобляться вот тем, кто считает, что музыка делится на два типа, я хочу сказать вот о чём. Нам решения в таких сферах нужно тоже принимать сбалансированными. Вот мы в своё время, если оставаться в рамках этой чувствительной сферы, как пенсионное обеспечение, сделали ряд шагов по валоризации пенсии, по подъёму пенсионного обеспечения гражданских пенсионеров. И военные оказались внизу. Многие стали переходить на гражданскую пенсию даже. Теперь мы сделали шаг вперёд по военным. Оказалось, что разрыв между военными пенсионерами и гражданскими составляет 25–28%, а в советское время это было 20–22%. И ко мне уже есть обращения: слишком завысили пенсию, нам давайте подтягивайте. И правильно вопрос ставится. Просто когда мы в одной сфере резко повышаем, то другие наши соотечественники, работающие в других отраслях, совершенно справедливо нам говорят: а мы что? И поэтому это всё должно быть очень сбалансировано. Нельзя отрывать одно от другого. Но вы, безусловно, правы в том, что вот эта социальная сфера в целом – и культура, искусство, – она, к сожалению, постоянно отстаёт у нас по уровню обеспечения материального. И я сейчас не хотел бы говорить заранее, забегать вперёд, это касается и библиотекарей, преподавателей школ, преподавателей вузов в широком смысле этого слова. Прежде всего преподавателей вузов, потому что в некоторых регионах средняя заработная плата преподавателей вузов уже сравнялась со средним заработком учителей средней школы, а в некоторых местах ниже (вот подсказывают). Поэтому это уже явная несправедливость. Безусловно, мы об этом думаем, я об этом думаю, и в ближайшее время я сформулирую своё отношение к этому делу. Ситуацию надо менять.

 

Г.А.Вавилов: Спасибо.

 

Н.С.Михалков: А про крестьянство?

 

В.В.Путин: Крестьянство? Я с удовольствием. Надо, мне кажется, в эту сторону немножко переехать. Потом мы вернёмся сюда, ладно? Да, пожалуйста. Никита Сергеевич? Конечно, это вы.

 

Н.С.Михалков: Спасибо.

 

В.В.Путин: Я думаю, кто так кричит громко?

 

Н.С.Михалков: Ну а что делать? Коллеги, во-первых, я бы хотел обратиться к вам, мы здесь собрались не для того, чтобы хвалить Владимира Владимировича, он сам про себя всё знает. Нам важно, чтобы нас услышали те, кто действительно должен понять ситуацию в стране и, так сказать, каков выбор. Потому что выбор-то – быть стране или нет, на мой взгляд, по крайней мере в том раскладе, который сегодня существует.

 

Я вот о чём хотел сказать. Владимир Владимирович, дело в том, что Вы опубликовали несколько статей. Но мне кажется, что всё равно – это читают специалисты, это тиражируется в средствах массовой информации, насколько это возможно, – но это, так или иначе, всё-таки такое расширенное эссе о будущем страны, грамотное, прекрасное, нужное и важное. Но мне кажется, что людям очень нужно иметь конкретные знания того, на чём будет сфокусирована дальнейшая жизнь и работа Президента. Это должны быть ясные, простые фразы, направления, я бы так сказал. Мало того, они должны быть не просто там – «7 шагов Путина», «10 шагов Путина», не важно. Важно, чтобы эти направления и вот эти, так сказать, посылы, имели бы возможность быть реально осуществлёнными в том обозримом будущем, которого ждёт человек. Когда мы говорим, допустим: легкодоступное жильё. Когда? Вот тогда-то мы сделаем это. И тогда человек, о’кей, он будет ждать того, когда это осуществится. И здесь давать, естественно, обещания, которые не выполнимы, как сегодня делают многие претенденты на это место, – это было бы, на мой взгляд, большой ошибкой и обманом тех людей, которые за Вами пойдут. Это первое.

 

Второе. Я совершенно не то что убеждён, но у меня создаётся впечатление, вот когда тут Герой Советского Союза говорил о том, что пять лет назад Вы издали указ, потом никто ничего не делал... У меня есть стойкое ощущение саботажа на местах того, что предлагает Президент. Саботажа! Причём саботаж этот уже стал привычкой. Собственно, саботаж и есть коррупция, если на то пошло. Когда можно... В конце: «Ладно, Москва далеко, Бог высоко, здесь мы разберёмся» – и забыли.

 

Мне думается, что очень важно – я Вам говорил об этом много раз, говорил и Вам, и Дмитрию Анатольевичу, я совершенно убежден, – стране нужна приборка. Приборка! Вы должны иметь реальное представление о том, что в ней происходит. Когда Вы приезжаете в регион, Вам показывают то, что Вам хотят показать. Вы посмотрели боковым зрением в Челябинске (или где Вы были недавно?), как ветер гуляет и можно через стену увидеть, так сказать, пейзаж незамысловатый? И вот это эффект того, что произошло, когда Вы им сказали: «Вы что, с ума сошли?» – говорите Вы тем людям, которые обязаны это делать. Мне кажется, что такого рода ревизия в стране абсолютно необходима, по крайней мере для того, чтобы иметь реальное представление о том, что происходит. И тогда в этой приборке Вы сможете точно понять, кто имеет право руководить регионом, а кто не имеет этого права. Поэтому, мне думается, в этом смысле... Это плюс и экология, и так далее. Поэтому я хотел бы внутренне услышать от Вас или прочесть вот те короткие, ясно сформулированные идеи на первое время, хотя бы на эти первые шесть лет, для того, чтобы люди знали, что их ждёт, и как возможно вовремя выполнить обещанное. Спасибо.

 

В.В.Путин: Как там в известной песне? «Буйных мало, вот и нету вожаков…» А у нас есть вожаки, и каждый должен, я уже говорил, оставаться самим собой. И у нас есть и бойцы, такие как Никита Сергеевич. Он с кем угодно и в любой форме может подискутировать. На самом деле это так и есть, Никита Сергеевич – боец. Его грызут, грызут, всё никак сгрызть не могут. Но что касается обещаний, что касается саботажа, я вот что хочу сказать: конспирологии быть не должно у нас. Вот уважаемый многими нашими гражданами и любимый мною лётчик-испытатель Толбоев говорил о том, что пять лет назад был издан указ о создании авиационного центра, но как-то там всё двигается ни шатко ни валко. Вы знаете, для того чтобы центр создать, надо сначала обеспечить инфраструктуру. А там нужно было истратить миллиарды на дорогу, которая должна была подойти к этому центру. Миллиарды. Я даже реагировать не стал на то, что Толбоев сказал. Но если мы как бы вернулись к этому делу, вообще к проблеме и это напрямую связано с некоторыми конкретными обещаниями… Вы знаете, сейчас вы вспомнили про некоторые вещи и считаете их криминальными. Я поделюсь с Вами сокровенным. Камеры работают, ну и ладно, пускай люди тоже знают в стране в целом. Я помню этот момент тяжёлых испытаний для нашей страны 1999 года, когда с территории Чечни банды международных террористов напали на Дагестан. И меня где-то журналисты цапнули на ходу, сказали: «Что Вы будете делать?» Я сказал: «Через две недели их там не будет». Вы знаете, прошло 10 дней, меня опять цап: «Вы сказали “через две недели не будет, а они ещё там”». Я сказал: «Так прошло же ещё только 10 дней». Но для меня это было хорошим уроком: нельзя ни в коем случае по многим позициям… Да, через две недели их вышибли (они, правда, потом зашли с другой стороны) и сделали это при поддержке дагестанского народа тогда, я очень хорошо помню, никогда их не забуду. Но вести себя нужно очень аккуратно. Сейчас я вернусь к Толбоеву и авиационному центру. Ведь почему там есть определённая затяжка? А потому что мы в условиях кризиса 2009–2010 годов вынуждены были деньги снять и перенести в сферу борьбы за рабочие места, для того чтобы сохранить ситуацию на рынке труда. Вынуждены были истратить деньги на то, чтобы создать центр по трудоустройству, центр по переквалификации, центр по развёртыванию малого и среднего бизнеса для тех, кто утратил работу. Направить деньги на то, чтобы досрочно начать выплачивать материнский капитал тем семьям, которые утратили заработную плату, хотя бы частично, направить на то, чтобы из этого материнского капитала можно было взять 12 тыс. рублей хотя бы в год на поддержку семей. Ситуация в мире изменилась, и создалось очень много факторов, которые от нас не зависят, поэтому есть вещи совершенно конкретные, и мы точно и ясно должны сказать: это мы сделаем тогда, это тогда, это тогда. И вот что касается, скажем, жилищного вопроса: я уверен просто, что мы кардинально сможем изменить ситуацию в стране по жилищной проблематике в ближайшие 5–6–7 лет, кардинально. За счёт чего? За счёт снижения ипотеки, за счёт уменьшения стоимости 1 кв. м жилья в связи с ростом технологий и в связи с предложением ряда решений по выделению земли и по обустройству её инфраструктуры близко от населённых пунктов и городов. Но это комплексная вещь, от нас зависящая, конечно, но всё-таки зависящая и от множества других факторов, которые нам пока неподконтрольны. И мы можем точно и ясно сказать, обещать людям: мы сделаем всё, чтобы максимально решать задачу. И я думаю, что в эти сроки мы добьёмся кардинальных изменений. Вы знаете, так вот популистски сказать, что каждой женщине по мужчине или каждому пассажиру по мягкому месту – так нельзя. Но мы можем просто с вами… Я говорю с вами, потому что вы же будете это говорить, и вы же будете с людьми работать. Если вы что-то там скажете, к вам любой человек может потом прийти и сказать: вы уже обещали, где? Нужно быть очень аккуратными, нужно вообще максимально быть конкретными, но в то же время ни в коем случае не сползать на какой-то популизм и становиться «обещалкиными». Понимаете, нужно, чтобы если уж мы что-то сказали точно – к такому сроку то-то, надо быть стопроцентно уверенными в том, что это будет сделано. А если есть множество факторов неопределённости, которыми мы пока не управляем, то тогда нужно формулировать наши обещания таким образом, чтобы люди понимали: да, эти господа и дамы сделают по максимуму, выложатся по максимуму и будут идти к этой цели, и в этом нет сомнений. Но конкретные сроки, конкретное количество называть – это неправильно и очень ошибочно и опасно. Но согласен с вами, во всяком случае, в том, что там, где можно, нужно предельно конкретизировать наши намерения. Согласен. Да, пожалуйста.

 

Вопрос: Владимир Владимирович, вопрос очень простой, его можно в книжечку занести, о которой уже говорили: многие люди, особенно те, которые живут в крупных городах, особенно автомобилисты, испытывают большое раздражение в связи с мигалками, которые установлены на автомобилях чиновников. А вопрос такой: стоит ли 10, 15, 20 минут, сэкономленных, безусловно, очень занятым, очень важным человеком, государственным служащим, той волны общественного возмущения, которую эта ситуация вызывает? Спасибо.

 

В.В.Путин: Согласен с вами полностью. И вот эта постоянная борьба за уменьшение этих мигалок, она всё время возвращается на круги своя. Их количество опять увеличивается и увеличивается. Я думаю, что, во всяком случае, после – если граждане доверят, если голосование пройдёт так, как… на что я рассчитываю и вы, здесь собравшиеся в зале, рассчитываете, – то, безусловно, можно безболезненно сократить количество этих мигалок, оставить их только у тех должностных лиц, которые имеют государственную охрану, которых нужно просто физически защищать. Это будет незначительное количество, ну и, конечно, у спецтранспорта, полиции, службы МЧС, здравоохранения и так далее. Будет кардинальное сокращение, просто кардинальное – до нескольких десятков.

 

Пожалуйста, прошу вас.

 

Вопрос: Владимир Владимирович, вопрос о справедливости. Общество, безусловно, сегодня востребует социальную справедливость в самых разных форматах. Например, есть каста какая-то, которая требует сейчас лишить большинство населения даже избирательных прав, апеллируя к тому, что они более обеспеченные или более информированные. Есть разрыв в доходах. Вы говорили о том, что бедность преодолена…

 

В.В.Путин: Я так не говорил.

 

Реплика: Ну хорошо, этот вопрос в значительной степени решён…

 

В.В.Путин: Нет, и это не так. Извините, пожалуйста, ради Бога, что я вас перебиваю, не сердитесь на меня, но я хотел бы нас всех предупредить от таких оценок. Это неправильно. Мы сократили в 2 раза количество бедных, то есть людей, живущих за чертой бедности, но даже по нашим оценкам, если это 12,5% – это очень много. Нам нужно ещё в 2 раза как минимум сократить это число. Поэтому она не преодолена и кардинально не решена. Просто мы говорим о том, что у нас есть положительный тренд и его надо сохранить.

 

Реплика: Конечно, мы эти цифры знаем. Речь идёт о реформе налоговой системы, о налоге на роскошь. Очень многие говорят о том, что налоговая система должна быть более справедливой. О справедливости говорите и Вы. Вы говорите и о справедливости политической системы. Но сейчас об этом: с Вашей точки зрения, когда, в отношении каких групп, в отношении каких групп товаров, в отношении какой сферы потребления должен быть введён этот налог? И не чувствуете ли Вы здесь рисков в отношении, скажем, среднего класса? Не приведёт ли это к проблемам для его жизненного уровня?

 

В.В.Путин: Нет. Мы же говорим о сверхпотреблении. Мы даже не говорим о доходах частных предприятий. Допустим, компания функционирует как частная компания, у неё есть доход. Но не эти доходы будут облагаться налогом, а только те доходы, которые используются на личное сверхпотребление. Допустим, приобретены огромный дом, колоссальный земельный участок, самолёты приобретаются, суперъяхты или суперавтомобили, вот что. Когда человек начинает потреблять, когда у него на счетах фирмы лежат деньги, даже на частной фирме – это одно. И есть основания полагать, что он их использует на развитие производства, на создание новых рабочих мест, на привлечение сюда современных технологий. Ради Бога, эта часть не должна облагаться дополнительным налогом. Речь идёт о дополнительном налоге на личное сверхпотребление, вот о чём.

 

Но сразу же хочу сказать, что этот вопрос для нас политически решён. Мы это сделаем, но надо сделать это технологически грамотно. Что я имею в виду? Для того чтобы, скажем, определить, какой дополнительный налог должен быть введён, скажем, на большие земельные участки и, соответственно, на строения, которые на нём находятся, нужно иметь кадастр земли. А на это потребуется определённое время. Это просто технологически грамотно нужно исполнить. Я уже со своими коллегами договорился. Мы даже выделим дополнительные деньги на то, чтобы ускорить работу по подготовке этого кадастра. Но такой налог будет введён.

 

А.А.Абрамян (президент Общероссийской общественной организации «Союз армян России»): Уважаемый Владимир Владимирович! Союз армян России ещё полгода тому назад принял решение войти в «Народный фронт», и, конечно, мы поддержали Вашу кандидатуру. Мы очень много работаем. Вчера провели со Станиславом Сергеевичем (С.С.Говорухиным) встречу видных деятелей Союза Армян России и говорили о России, о перспективах нашей родины. Мы полностью поддерживаем, мы гордимся, что у нас есть такой кандидат, как Вы, мы верим в Вас. Это не только наше мнение, это мнение 2,5 млн армян, которые проживают здесь. Я хочу сказать, что Ваши статьи…

 

В.В.Путин: А в Армении сколько?

 

А.А.Абрамян: В Армении чуть больше – 3,2 млн.

 

В.В.Путин: Это по армянским оценкам.

 

А.А.Абрамян: Да.

 

В.В.Путин: По нашим меньше. Правда, это не шутка, не ирония никакая.

 

А.А.Абрамян: Это правда, 500 тыс. человек зимой живет…

 

В.В.Путин: Нет, не зимой, вообще постоянно.

 

А.А.Абрамян: Постоянно. Я вот, кстати, хотел сказать Вам, Владимир Владимирович, что Ваша статья, о которой здесь говорили, вообще роль доверенных лиц… Знаете, нам самим надо быть подготовленными, мы сами должны слушать и знать все ответы. Вы правильно сказали, что к этому надо с душой относиться. У нас должен, уважаемые коллеги, в душе гореть огонь. Что надо делать? Вот мы организовали круглый стол – мы едины по всей России. У нас будет 83 круглых стола, как вчера мы провели. Там будут собираться все национальности: и русские, и украинцы, и татары, и все. И мы все говорим о проблемах. То, что Вы сейчас говорили, мы цитируем, цитируем Вашу статью. О национальных вопросах очень своевременная, очень мужественная статья. Мы все понимаем, что в России живет 80 млн русских, и вот Вы такую оценку дали и дали возможность российским общественным организациям участвовать в подготовке тех предложений, которые нас волнуют, именно по национальным вопросам. Там есть, конечно, ещё вопрос эмиграционный, это вопрос, к которому, как мне кажется, надо подойти более продуманно, потому что есть инвестиционные программы, инвестиционные компании, которые берут на работу дешевую рабочую силу. Сегодня, когда говорят о различных миграционных службах, что надо сажать или надо применять какие-то санкции… Мне кажется, это будет давить на инвестиционные программы России. Вы сказали, что мы должны со 120-го места подняться на 100 пунктов – на 20-е место. Надо, чтобы бизнес тоже участвовал, потому что эмигранты тоже нужны. Мы очень со многим согласны, сейчас нет времени об этом рассказывать. Надо, чтобы и бизнес, и общество все вместе участвовали в этом деле. Мы поддерживаем и будем действительно работать, именно работать. Спасибо.

 

В.В.Путин: Очень чувствительный вопрос, важный для многих. И для местного населения наших различных населённых пунктов: больших, малых, средних, и для тех людей, которые приезжают к нам. Вы сказали, что в России 80 млн русских. У нас 143 с лишним млн человек, 80% русских – это больше, чем 80 млн. На втором месте у нас татары, по-моему, по численности населения, причём они разбросаны по всей территории страны. В Татарстане меньше половины татар, по-моему, да? Русские, башкиры, другие национальности проживают. Я к чему? Есть ведь и татары, которые проживают в Сибири, причём проживают там исторически, и это тоже их земля. Есть русские, которые проживают в Татарстане, и это тоже их Родина. Мы вот из этого должны исходить, но когда складывается ситуация, когда приезжие не соблюдают законов той страны либо даже того региона, куда они приезжают, местных законов, ведут себя вызывающе; когда местные граждане чувствуют, что их коренные интересы нарушаются и затрагиваются, они, эти люди, реагируют болезненно. И в интересах всего общества, в том числе в интересах приезжих наводить здесь определённый порядок, я ведь вот о чём говорил. Это не значит, что мы собираемся закрыть дверь. Вы правы абсолютно, экономике нужен миграционный приток. Ни одна страна мира (я думаю, что все здесь собравшиеся понимают, я хочу это подчеркнуть: ни одна страна мира, кроме Китая, наверное) не брезгует миграционным притоком, а, наоборот, идёт борьба за миграционные потоки. Но борьба идёт за качество миграционных потоков. То есть в Канаде, допустим, целое ведомство создано по привлечению иммигрантов. Оно, правда, регулярно не выполняет плана, которое им Правительство спускает. Там план по привлечению мигрантов, но там привлекают мигрантов определённого качества, возрастные цензы есть. Как правило, привлекаются люди детородного возраста, с хорошим образованием, и привлекаются в те регионы, где они нужны стране-реципиенту. А вот такие вещи, как «резиновые квартиры», когда у нас в комнате в 20 м прописано почти 200 человек. Такие же случаи есть, они не единичные. Это говорит о том, что местные граждане способствуют созданию ненормальных условий жизни для других своих соотечественников. Но это всё одна сторона медали, а есть и другая – приезжие попадают в зависимость, их труд используется в рабском варианте, по сути. Полное пренебрежение их правами и интересами как граждан. И они попадают в засаду полную! Поэтому нам в целом здесь нужно навести порядок, чтобы и приезжие чувствовали себя защищёнными, и местные граждане чувствовали себя защищёнными. Здесь важно что? Важно, чтобы органы правопорядка вели себя адекватно и в полном соответствии с законом, чтобы местные граждане понимали, что защита государства за их спиной будет эффективной, что они не будут коррумпированы и не будут подкупаться какими-то национальными элитами, которые имеют ресторан или какой-то бизнес и подкармливают местных правоохранителей. Вот это первая часть проблемы. А вторая – по поводу ужесточения. Вы говорите, не надо сажать в тюрьму и так далее. Вы понимаете, в чём дело? Ведь в советский период времени эта проблема была, но она не была такой острой. В том числе и потому, что была уголовная ответственность за нарушение паспортного режима. Сегодня у нас что получается? Сегодня у нас Конституционный суд принял решение, против которого ни Правительство, ни Президент не может возражать, потому что у Конституционного суда в нашей стране есть определённые, исключительные права и прерогативы. Согласно этому решению Конституционного суда прописка объявлена неконституционной, и мы ничего не можем с этим поделать. Но что на практике происходит? Вот человек приехал, нарушил режим, его взяли, выслали в страну, откуда он приехал. У нас же нет визового режима между нашими странами. За государственные деньги отправили, он к маме съездил, пообщался с родственниками, назад вернулся. Опять выслали – опять вернулся. Но это вещь нетерпимая!

 

В целом юристы провели анализ и считают, что за неоднократные злостные нарушения, связанные с регистрацией, можно ввести и уголовное наказание. Но если это, как дамоклов меч, не будет висеть над головой у нарушителя, то этот процесс будет перманентным, он никогда не закончится. А если человек будет знать, что ему нужно вести себя в рамках действующего закона, он не будет нарушать, а если будет, уедет не на родину, а в места лишения свободы. Понимаете, это, с одной стороны, может быть, выглядит жёстко, но, с другой стороны, я хочу подчеркнуть: это не должно быть распространено на законопослушных людей. Вот это всё, второе и третье. Третья составляющая очень важна. Я вот вчера тоже общался с коллегами, с политологами, они говорят: давайте введём визовый режим. Я хочу и к Вам обратиться, и ко всем, чтобы вы знали мою позицию. Она открыта и для граждан страны. Можно ввести визовый режим с бывшими республиками Советского Союза, но тогда мы их совсем утратим. Там и так-то сегодня уже русский язык в диковинку. А не будет у нас свободного общения, будут дополнительные ограничения – мы их будем утрачивать, то есть они из сферы нашего влияния будут уходить, а это будет ослаблять нашу страну в конечном итоге. Результат будет именно такой. И наступит ряд других, невидимых сегодня неблагоприятных последствий для России. И они будут носить долгосрочный стратегический отрицательный характер, который отразится на нашей жизни и даже на уровне экономики, производства и доходов граждан в конечном итоге, потому что, действительно, если люди приезжают и работают в рамках действующего законодательства, то это в известной степени такой существенный фактор развития экономики. И так во всём мире. Только порядок нужно навести, а этот порядок предусматривает определённые ужесточения. Но для всех. И для тех, кто приезжает незаконно либо нарушает правила пребывания, и для тех, кто способствует этому из числа местных граждан. Подход должен быть один ко всем. Давайте, пожалуйста.

 

Н.Н.Крылова (адвокат, член президиума Союза женщин Республики Башкортостан): Спасибо. Я представляю прекрасную половину Ваших доверенных лиц и поэтому, уважаемый Владимир Владимирович, спасибо большое за то, что дали слово. Я представляю Республику Башкортостан, адвокат, у меня 30-летний стаж юридической практики. Из них девять лет – это законотворческая деятельность, я работала депутатом госсобрания – курултая Республики Башкортостан на постоянной основе. И ещё я член Ассоциации юристов России, поэтому всё, что Вы здесь говорите, мне понятно, близко. И хотелось бы сказать Вам о том, что я Ваш сторонник, и давно, я здесь поразмыслила и оказывается… Но убеждённым сторонником я стала не так давно, то есть немножко эти два момента не вместе совпали, а именно с того момента стала убеждённым сторонником тогда, когда я впервые услышала в Вашем первом президентском послании, такие моменты, как правосудие. Для меня это близкая тема. Так вот Вы как раз чётко обозначили эту ситуацию, острейшую в тот момент. Это была острейшая ситуация, которая сложилась в обществе по отношению к судьям, судебной системе, правосудию. И Вы чётко поставили необходимость переломить эту ситуацию, потому что так получилось, что общество, граждане, физические лица, юридические, бизнесмены куда обращались? Они не обращались к судам, потому что у них было недоверие, в огромнейшей степени уровень недоверия правосудию. Но сегодня ситуация совершенно другая. Совершенно другая! И я считаю, это как раз вот то самое достижение. И почему я Ваш убеждённый сторонник? Сегодня все обращаются в суды и находят, собственно, в основном находят своё решение, которое хотелось бы. Но хотелось бы обратить внимание вот на такую ситуацию. Недавно в Арбитражном суде мне пришлось услышать разговор. Молодой юрист спрашивает многоопытного адвоката, у которого больше 40 лет адвокатская деятельность: «Вот скажите, пожалуйста, какой сейчас должен быть результат судебного разбирательства? Итоговое решение?» И в ответ любопытную вещь он произнёс о том, что, вы знаете, говорит, чем больше я работаю, тем неожиданнее происходит, какие ты итоговые решения получаешь. И в принципе это понятно, почему это происходит. На мой взгляд, и на взгляд моих коллег, это в связи с тем, что есть такое понятие, как человеческий фактор. Человеческий фактор в правосудии тоже имеет значение, а именно дело в том, что очень большое количество судей… Поэтому хотелось бы услышать Ваше мнение о правосудии. Что нужно сделать, для того чтобы всё-таки повысить степень, уровень доверия к правосудию? Потому что от уровня отношения к правосудию по большому счёту зависят и экономика страны, и качество жизни каждого россиянина, и каждого из нас присутствующих. Спасибо.

 

В.В.Путин: Вопрос-то философский. Что нужно сделать, для того чтобы повысить уровень доверия к правосудию, правоохранительной системе? Он философский вопрос. Конечно, и действующее законодательство нужно совершенствовать, и правоприменительную практику. Нужно, чтобы ответственность правоохранительной системы в целом, судебной системы росла, чтобы люди, которые отправляют закон, руководствовались законом, но при этом не забывали и про конкретного человека, про судьбы конкретного человека, чтобы не забывали про такую субстанцию, о которой здесь уже говорили, – о справедливости. Вы как адвокат наверняка знаете много историй из адвокатской практики прошлых лет, прошлых столетий. Не помню кто – Александров (П.А.Александров – юрист, адвокат) или Плевако (Ф.Н.Плевако – юрист, адвокат), защищал бабушку одну, которая украла чайник, и она полностью призналась, была изобличена в этом преступлении, полностью призналась в этом. Но когда прокурор узнал, что будет защищать такой выдающийся юрист, он сам решил выступить в качестве обвинителя и сказал всё: сказал, что ущерб незначительный, бабушка старая, она призналась, но преступление совершено против частной собственности, а это – основа основ существования нашего общества, и поэтому она должна быть наказана, и наказана строго. На что адвокат, когда выступал, ответил следующее: он сказал, что и печенеги пытали матушку-Русь, и половцы, многое она перенесла, но выстояла. А теперь бабушка украла чайник, и Россия непременно должна погибнуть. Бабушку оправдали, ну то есть её не оправдали, а вынесли минимальный приговор, который был фактически равен оправданию. Но в этом и есть ключ к доверию со стороны граждан в отношении тех решений, которые принимает суд.

 

Пожалуйста.

 

Х.Х.Яунгад (редактор окружной национальной газеты «Наръяна Нгэрм»): Всё работает, да, вот это дело?

 

В.В.Путин: Всё работает.

 

Х.Х.Яунгад: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

 

В.В.Путин: У нас всё работает. Здравствуйте!

 

Х.Х.Яунгад: Вы несколько раз побывали у нас на Ямале. Здравствуйте, слушатели! Каждое государство у нас, которое окружено морями, имеет берег, и поэтому один из берегов России называется Ямал, то есть «край земли» в переводе с ненецкого языка. Даже учёные в последние годы проверяли дно Ледовитого океана и прибрежную полосу, идентичны ли они. Они, оказывается, идентичны. Значит, и по дну нашего океана тоже проходит российская земля. Раньше, в советское время, бороздили этот океан ледоколы наши. Сейчас их нет. Мой вопрос: кроме того, что там нефть и газ у нас, там многотысячный – 750 тыс. голов оленей. Я уверен, что Вы снова станете Президентом, и думаю, как Вы будете смотреть на развитие Северного морского пути?

 

В.В.Путин: Вопрос неожиданно такой капитальный, грандиозный на самом деле. Он действительно масштабный, потому что от развития Северного морского пути в значительной степени зависит благосостояние нашей экономики в будущем. В значительной степени! Почему? Потому что это не просто маршрут, это маршрут, который связывает Азию и Европу. Это один из самых экономически выгодных маршрутов между эффективно, быстро развивающимся Азиатско-Тихоокеанским регионом и европейским континентом. И даже из Штатов туда легче доставлять грузы, намного дешевле, поэтому экономичнее. Это дополнительная связь между различными регионами самой Российской Федерации. Кроме всего прочего, это важно с точки зрения обеспечения нашей безопасности, потому что много сейчас говорят о системе ПРО, о балансе. Так вот специалисты знают, что маршруты движения ракет у нас как раз по этому направлению проходят, и одно из мест базирования нашего Северного флота (как раз там и места патрулирования) тоже там.

 

Кроме того, там и вопросы, связанные с экологией. Они очень серьёзные. Этот регион очень чувствительный к экологическим изменениям. Потребуется много времени, усилий, и то, что Никита Сергеевич (Михалков) говорил о генеральной уборке, с этого и надо начинать. Кстати говоря, мы это уже и делаем. Там целая программа сейчас разработана по утилизации отходов, которые были накоплены в этом регионе России за многие предыдущие десятилетия с советского времени. Там бочки с топливом, там брошенная техника и так далее. Всё это гниёт, всё это просачивается в почву, в океан. Там очень тонкая, чувствительная экосистема, и она требует особого внимания.

 

И наконец, там огромные залежи природных ресурсов. Ямал, о котором здесь наш коллега сказал... Вы знаете, там газа больше, чем у мирового лидера по продаже газа, у одного из мировых лидеров, – у Катара. Там, по предварительным оценкам, где-то 55 млрд куб. м. Даже больше уже там, на самом деле, больше. Триллионы, да, триллионы, конечно. Поэтому у нас есть и план возрождения ледокольного флота. На это выделяются деньги, они уже заложены в бюджеты, причём в долгосрочном порядке. Вот здесь, Никита Сергеевич, о чем могу вам сказать, здесь есть совершенно конкретный план (он по телефону разговаривает, Никита Сергеевич. Вольно. Можно оправиться и покурить). Значит, вовремя должны быть введены эти мощности, и там должен быть, я повторяю, конкретный план по строительству этого ледокольного флота – и по атомным ледоколам, и по обычным, но с современными двигательными установками. Там есть планы по развитию самой территории и по освоению недр территории. Мы будем строить там порт, проведём дноуглубление, потому что это одно из уникальных мест, откуда можно поставлять ресурсы и на территорию Российской Федерации, и на американский континент, и в другую сторону – в Азиатско-Тихоокеанский регион. Там вообще место в этом смысле абсолютно уникальное. Но при этом, я хочу вас заверить, будем требовать от тех, кто там работает, полного, абсолютного исполнения всех экологических требований и компенсации для местного населения ущерба, если он возникнет, связанного с традиционными видами деятельности.

 

Реплика: Хотелось бы задать вопрос по зимнему времени. Проведя массу встреч в регионах… Вопрос: что будет с зимним временем? Одни минусы.

 

В.В.Путин: Вы знаете, когда действующий Президент Дмитрий Анатольевич Медведев принял это решение по изменению, он ведь руководствовался не тем, чтобы кому-то навредить, а наоборот, он слушал тех, кто говорил, что нужно обязательно сделать это, поскольку биологические часы человека не переводятся. Да, и коров: вот в сельском хозяйстве говорили, что мы-то ещё можем раньше проснуться, а коровы раньше на час молоко давать не будут, у них есть свои биологические часы внутренние, и всё. Это, хочу вам сказать прямо, не фетиш какой-то, к этому можно вернуться. И давайте только не будем… без суеты всё это сделаем. Давайте вернёмся ещё раз, со специалистами посоветуемся, с экспертами, с экспертным сообществом посоветуемся, и с общественностью в широком смысле этого слова. Я уже приводил примеры, как, используя современные технологии, можно выявлять мнение подавляющего большинства граждан: это через интернет можно делать. Давайте мы это сделаем, ещё раз хочу сказать, и с Дмитрием Анатольевичем мы на эту тему говорили, я ему прямо сказал: слушай, ну вот ситуация такая. Он говорит: знаешь, нет, я не собираюсь за это хвататься. Давайте вернёмся ещё раз, пообсуждаем, если мы убедимся в том, что подавляющее большинство граждан считают, что лучше оставить, как было раньше, мы так и сделаем.

 

И.Ф.Жуков (Курское региональное отделение ООО «Союз пенсионеров России»): Владимир Владимирович…

 

В.В.Путин: Да, пожалуйста-пожалуйста.

 

И.Ф.Жуков: Курск, Жуков. Здравствуйте. Я приехал не просто получить удостоверение, но хотел бы посоветоваться по одному из самых важных вопросов по деревне. Мы, в общем-то, люди не лыком шиты, знаем, что говорить.

 

В.В.Путин: Да, догадываюсь.

 

И.Ф.Жуков: Да, но вопрос такой, Владимир Владимирович. Не выгодно увеличивать производство продукции, Вы это сами знаете.

 

В.В.Путин: Да ладно, не выгодно. Выгодно!

 

И.Ф.Жуков: Начинаем говорить: «Сахар некуда сбыть, зерно некуда сбыть», но не это главное. Всё-таки знаем, у Вас по программе заложено здорово. У нас огромный частный сектор. Вы посмотрите в магазинах – морковка израильская. Мы можем завалить все магазины продукцией частных подворий.

 

В.В.Путин: Но свинины еврейской нет у нас? Нет. Евреи свинину не едят.

 

И.Ф.Жуков: Но мы дадим такую свинину, которая несравнима с той, что производится в таких крупных хозяйствах. Когда режешь поросенка, печенка на одном конце, а на другом запах. Я что хотел предложить? Давно поднимаю вопрос о принятии закона «О торгово-закупочной деятельности в торгово-закупочных кооперативах». Казалось бы, закон такой есть. Нет! Предлагал свои услуги Государственной Думе. «Давайте, – говорю, – приедем, поможем!» Дать на пять лет преференции для деревни – все магазины будут завалены продукцией частных хозяйств.

 

В.В.Путин: Секундочку, какие преференции?

 

И.Ф.Жуков: Ну кто может сбыть продукцию из деревни, из стариков? Поэтому надо в этом законе предусмотреть: кооператив закупает и кооператив продает. Там в городах предоставляются магазины и так далее, так далее. Я понимаю, что сейчас ВТО, это будет трудно сделать, но надо продумать.

 

В.В.Путин: Нет-нет-нет, ВТО здесь ни при чём.

 

И.Ф.Жуков: Владимир Владимирович, поверьте мне, ну не могут сбыть! Я имею много родственников.

 

В.В.Путин: Я согласен, я понимаю.

 

И.Ф.Жуков: Много родственников имею. Вот я говорю брату: «Что ты можешь произвести?» – «Два поросенка точно, 60 кроликов точно. А куда я? 74 года. Куда я? Как?». Вот если бы были такие кооперативы… Это примерно наподобие контор советского периода, но не такие, потому что они, те, жульнические были. Это жулики. А вот новые кооперативы чтобы состояли из числа этих людей… Я Вам скажу: два года – и будет завален весь рынок нашей продукцией.

 

А что такое преференции? Значит, 30–40% сразу аванс. И аванс не деньгами, а распашка огорода и так далее и так далее. Вот увидите!

 

В.В.Путин: Хорошо.

 

И.Ф.Жуков: Да, спасибо.

 

В.В.Путин: Я благодарен Вам за то, что Вы подняли этот вопрос. Он очень важный. Развитие сельского хозяйства, вообще развитие, особенно социальной сферы, на селе крайне важно. Ведь у нас там, многие из присутствующих знают, у нас там 40% населения страны живёт, связанного с сельским хозяйством (не обязательно работают в сельском хозяйстве, но так или иначе связаны, в том числе сельская интеллигенция). 40% нашего населения, наших людей связано с селом, почти половина! Конечно, это важнейший вопрос, как нам село развивать. Вы человек, который знаете сельское хозяйство, а здесь люди, которые что-то знают, чего-то нет, не будем вводить их в заблуждение. Для того чтобы дать стране нужный объём, скажем, красного мяса – говядины, нужно не менее 8 лет. Просто процесс воспроизводства говядины – это 8 лет, свинины – 3–5 лет, мяса птицы и того меньше – где-то 1,5–2 года.

 

Вот раскрою вам страшную государственную тайну, правда, я об этом уже говорил: мы по мясу птицы выросли за последние несколько лет в 2 с лишним раза. Это вообще уникальный скачок вперёд. Ни в одной стране мира вот такого скачка по производству мяса птицы не было и нет сейчас. Мы абсолютные рекордсмены по росту мяса птицы. Мы с вами в 2000 году закупали по импорту 1,4–1,6 млн т – по импорту, в основном из Штатов, это ножки Буша так называемые. 1,4–1,6 млн т! В прошлом году мы обошлись всего 300 тыс. И более того, птичники наши говорят: «Не надо вообще больше ничего там закупать, мы сами уже в состоянии обеспечить и поставить на внутренний рынок страны нашу продукцию». Конечно, у сельхозпроизводителей есть озабоченности, связанные с ВТО. Они обоснованны, эти озабоченности. Потому что продукция, которая производится в наших странах-конкурентах, она пока ещё дешевле по многим показателям, в том числе и по животноводству. Главная озабоченность – это свинина. Мы это знаем, мы с сельхозпроизводителями в полном контакте.

 

До того как страна присоединится к ВТО, у нас есть время на выработку определённых мер защиты, предусмотренных правилами ВТО. Но, например, мы субсидии в прошлом году предоставили где-то около 7 млрд в долларовом эквиваленте сельскому хозяйству по разным направлениям. А в соответствии с условиями присоединения к ВТО эти субсидии могут быть 9 млрд в ближайшие два года. Потом постепенное снижение. Ну во-первых, за эти два года… у нас, кстати говоря, пока денег таких нет в бюджете, чтобы в объеме 9 млрд в долларовом эквиваленте выдать эти деньги. Но есть и другие способы поддержки, прежде всего деньги на инфраструктуру. И вот то, о чём вы сказали, – это как раз создание такой инфраструктуры. Это дороги, электричество, подъездные пути, создание кооперативов. Важно только, чтобы, как вы сказали, они были не жульническими. В принципе и сегодня ничего не мешает этим кооперативам создаваться и работать.

 

Здесь есть другая сторона, она сложная на самом деле. У нас крупные торговые компании оккупировали наши большие города. И действительно, нашему сельхозпроизводителю иногда трудно пробиться в эти крупные торговые центры. Для того чтобы обеспечить интересы сельхозпроизводителей, пару лет назад, вы знаете, был принят закон соответствующий или поправки в закон о торговле, где идёт речь о демонополизации рынка и своевременной расплате за доставленную продукцию. Теперь, когда наш сельхозтоваропроизводитель направляет свою продукцию в магазины, магазины должны расплатиться с ним в течение 30 суток, а за скоропортящийся продукт – не позднее, чем в течение 10 суток. До сих пор есть определённые вещи, которые вызывают раздражение со стороны сельхозпроизводителей, связанные с навязанными торговыми сетями услугами: хочешь, чтобы мы твой товар продавали? Сделай то-то, то-то и то-то. Только что, недавно мы встречались: Министерство сельского хозяйства, Виктор Алексеевич Зубков, вы его знаете хорошо. Он реальный специалист, хороший…

 

Реплика: Он бывший директор совхоза.

 

В.В.Путин: Ну, директор совхоза… Он не просто бывший директор совхоза, он с колен поднял умирающий совхоз, а когда он это сделал, его в награду послали в другой умирающий совхоз. Он хороший специалист: знает, что и как нужно делать. Вот они сейчас готовят систему мер поддержки. В том числе можно, конечно, подумать, чтобы часть ресурсов, которые мы в дальнейшем не можем использовать на прямое субсидирование, направить на создание сети таких кооперативов, чтобы помогли людям сбывать свою продукцию.

 

Реплика: Вот есть кооперативы сейчас, и можно на основе этих хозяйств… Чтобы они принимали продукцию участников, и особых затрат не будет, правда?

 

В.В.Путин: Нужно создавать сеть такую, и действительно, что очень важно, нужно, чтобы доходила продукция до конечного потребителя. Здесь зависит не от нас, здесь работать нужно будет с населёнными пунктами, с городами, чтобы…Но я знаю, что это не так просто. Потому что в городах, на местном уровне, нужно, чтобы предоставлялись эти торговые площади. Если мы со всех сторон будем поджимать, мы добьёмся результата.

 

Реплика: Показали вчера рекламный ролик от Миронова. Может быть, не видели, не знаю. Дед за 80 лет спрашивает у бабки: «Ты молока купила?» – «Нет, денег нет». Ну, конечно, нет таких семей, чтобы молока не могли купить. Вот хорошо бы, чтобы штаб Говорухина вот это разоблачал бы. Это пустые, даже провокационные… Какой дед за 80 лет не может купить молоко? Это вообще чушь! Идет реклама на всю Россию. Ну что это?!

 

В.В.Путин: Это такая политическая конкуренция. Пожалуйста, прошу вас.

 

Реплика: Владимир Владимирович, такой вопрос. Этот год объявлен Президентом Годом истории. Значит, смотрим: 200 лет Победе над Наполеоном – одна госкомиссия, 400 лет Смуты – будет другая госкомиссия, 1150 лет Руси – третья госкомиссия, поставить памятник Столыпину – это лично Вы должны заниматься, снять исторический фильм – это эпопея неимоверная, Бондарчук и Никита Сергеевич знают, это надо пройти по всем инстанциям. У меня дети маленькие, у них до сих пор любимое кино – это старый «Александр Невский», «Суворов», «Кутузов» и так далее, потому что эти фильмы прямо действуют в мозг. Тогда была историческая политика: история – это политика, это колоссальный источник патриотизма. Сейчас этим занимаются все. Не кажется ли Вам, что надо наконец вернуть политику в историю в хорошем смысле? Во всех странах есть институты исторической памяти, в Америке сотни фондов этим занимаются, в Германии, Вы знаете. Про Восточную Европу, Украину и говорить нечего – они историю придумывают. Нам придумывать ничего не надо, и поручить какому-то ведомству, чтобы оно целенаправленно сконцентрировало здесь все усилия и занялось исторической политикой, как у нас было десятилетия назад, и было успешно.

 

В.В.Путин: В первой части полностью согласен, во второй – нет. Согласен с тем, что этому нужно уделить должное, высокое, даже повышенное внимание. Во второй части не соглашусь – ведомству поручать бесполезно. Правда! Я без иронии говорю, есть такие вещи, где ведомства, министерства должны и могут работать технологично. Вот, скажем, по сельскому хозяйству – нужно выстроить и добиваться результата. А это такая тонкая, чувствительная сфера, философская, историческая, эмоциональная. Отдать её на ведомственное исполнение нельзя. Я сейчас даже не готов сказать. Вот знаете, я бы даже от вас хотел послушать, чтобы мы вместе подумали и предложили такую форму влияния на эту сферу, которая была бы эффективной, которая бы могла ставить задачи перед различными ведомствами. Перед Минфином, перед Минэкономикой даже (как это ни странно звучит), потому что нужно ресурсы выделять соответствующие на какие-то направления и нужно это сделать, безусловно. Потому что, вы знаете, когда некоторое время назад мне в руки попались учебники истории, ну это просто… Я не знаю, откуда они это берут, высасывают из пальца, да ещё извращают эти факты. Причём на потребу текущему политическому моменту, что совершенно недопустимо. Конечно, это нужно сделать. Давайте, главное чтобы это не забылось после нашей дискуссии.

 

Реплика: Решение есть, мы Вам записку передадим.

 

В.В.Путин: Давайте.

 

Д.Л.Мацуев (пианист): Владимир Владимирович, буквально несколько фраз с музыкальной галёрки верхней. Юрий Хатуевич Темирканов, Юрий Абрамович Башмет – мы хотим передать Вам большой привет.

 

В.В.Путин: Спасибо.

 

Д.Л.Мацуев: Мы разговорились сейчас с Юрием Хатуевичем, и он вспомнил, как он был у Вас на приёме, и те гранты симфоническим оркестрам, которые были действительно прорывом, потому что многие музыканты уезжали из страны, и Вы сохранили эти оркестры.

 

В.В.Путин: Так скажите ему спасибо. Это он придумал эти гранты, я только исполнил.

 

Д.Л.Мацуев: Юрий Хатуевич, спасибо вам большое.

 

Ю.Х.Темирканов (дирижер, художественный руководитель Санкт-Петербургской государственной академической филармонии им. Д.Д.Шостаковича): Я взял и подписал, вот и всё.

 

В.В.Путин: Правда, я не шучу, это не преувеличение. Когда Юрий Хатуевич приехал, он сказал: «У меня уже одна треть уехала, если ничего дальше не сделаешь, так и остальные все уедут». Я говорю: «А что сделать»? – «Не знаю». И вот я ему начал примерно петь то, что там пел, когда внизу стоял: сказал, что нужно сопоставлять с другими отраслями. Он сказал: «Рассказываешь ты, наверное, правильно, я в этом ничего не понимаю, но я просто знаю, что если денег не дадим – уедут». И мы с ним тогда придумали эти гранты.

 

Д.Л.Мацуев: Но помимо наших элитных оркестров в Москве и Петербурге у нас есть и замечательные провинциальные оркестры, которые находятся в не самом лучшем состоянии. Их не так много осталось, им надо, конечно, тоже помочь. Спасибо, что Вы помогаете молодому поколению, которое… Если посмотреть на филармоническую афишу нашей страны – это 80% молодого поколения. У нас вообще царит бум классической музыки. Я спортивный человек, я играю и в футбол, и в хоккей, я горжусь, что у нас будет Олимпиада и чемпионат мира по футболу, но конечно, если чуть-чуть не забывать о культуре. Я знаю, что Вы любите и классическую музыку, и культуру в целом. Выражаясь другим языком, скажу, что Вы в последнее время увлеклись хоккеем, но не забывайте об игре на рояле тоже. Спасибо.

 

В.В.Путин: Хорошо, если у меня будет такой педагог, как вы, я постараюсь.

 

Д.Л.Мацуев: С удовольствием.

 

В.В.Путин: Спасибо. Что касается провинциальных театров, оркестров, то ваш коллега из Петрозаводска выступал, говорил, что у них неплохо обстоят дела. Я это знаю, но знаю также, что провинциальные театры, хотя их количество, на мой взгляд, увеличивается в целом по стране, конечно, нуждаются в дополнительной поддержке. И уже совершенно точно, что такое уникальное российское, русское явление, как репертуарный театр, нуждается в поддержке. Филармонические коллективы – это сложный организм. 120 человек в оркестре, да? И каждый сам по себе – штучный товар, если мне позволят так сказать. Конечно, требуют особой поддержки. У нас соответствующие программы есть, будем их исполнять, будем работать.

 

С.В.Густов (генеральный директор ОАО «Газпром газораспределение»): Владимир Владимирович, в последние 10 лет «Газпром» активно занимается газификацией Российской Федерации, и мы знаем, что сейчас всё равно газификации недостаточно. В России очень много населённых пунктов, куда газ не пришёл. И насколько меняется жизнь в городах и посёлках, куда газ приходит, потому что это дёшево, экологично, потому что, когда тепло в доме, можно и обсуждать другие проблемы. Не считаете ли Вы возможным сейчас собрать в кулак в том числе и федеральные ресурсы, и фонд развития, который есть, для того чтобы в ближайшие три-четыре года закончить газификацию?

 

В.В.Путин: Вы имеете в виду Инвестфонд?

 

С.В.Густов: Инвестфонд. Для того чтобы закончить газификацию Российской Федерации, потому что мы – крупнейшая страна в мире, которая производит природный газ.

 

В.В.Путин: Вы знаете, я уже много раз отвечал на этот вопрос, отвечу и ещё. У нас есть программа газификации, она осуществляется и будет осуществляться дальше. Я хочу, чтобы мы все знали и понимали это. Говорят: «Мы самая большая газовая страна в мире, больше всех производим, почему же у нас не все ещё регионы газифицированы?». Есть определённые экономические объективные ограничения, которые связаны с объёмом производства. Невозможно нам в один день, даже в один год, в два, в пять лет произвести такой объём оборудования, такой объём труб, другое оборудование, перекачивающие станции, которые покрыли бы всю территорию России. Это первое, технологическое ограничение. Второе связано с экономическими ограничениями. Это же деньги нужны, и деньги немалые. Вот недавно я был в одном из регионов – в Сибири, в Томске, со студентами встречался, точно. И один из студентов говорит: вот нам магистральную трубу подвели, а в посёлке разводки нет, и это уже продолжается несколько лет. В чём дело? В том, что… Дорого, конечно, но в чём дело? Дело в том, что газификацией занимаются несколько органов – «Газпром», регион и муниципалитет. «Газпром», как орган, как компания, исполняющая федеральные поручения, эту трубу подвёл к посёлку. Вторая часть – разводка по домам – это дело муниципалитета и региона, прежде всего региона, а потом муниципалитета. У них есть бюджетные ограничения, и они последовательно осуществляют по разным населённым пунктам. Я тут же спрашиваю губернатора, он говорит: у нас в плане стоит, но руки не дошли, просто невозможно сделать, у нас денег нет. Возникает вопрос: а чего мы продаём всё газ за границу, а внутри страны не всё ещё обеспечили? Я тоже говорил на этот счёт. Для того чтобы «Газпром» развивался и имел возможность газифицировать страну, ему доходы нужны. Сегодня средняя цена в Европе газа, который продаёт «Газпром», 400 долларов за тысячу кубов. А для граждан страны внутри, для населения, комбыта, 75 долларов за тысячу кубов. Разница представляете какая? 4,5 раза! Эта выручка идёт на развитие, на развитие добычи, на газификацию. За последние лет семь, по-моему, мы на 10% примерно…

 

С.В.Густов: Да, сейчас идёт активная газификация…Последние 10 лет…

 

В.В.Путин: Да, увеличили газификацию. Могу сказать, что точно, совершенно очевидно, что для нас это, безусловно, приоритет. Не торговля газом за границу, а приоритетом является обеспечение газом наших потребителей и газификация страны. У нас есть план, и мы его, безусловно, будем осуществлять. Но надо же сопоставлять это с реальными возможностями регионов. Вот мы сделали эту часть, как я сказал по Томску. А регион просто не в состоянии развести по домам. Нужно, чтобы это всё было …

 

С.В.Густов: Синхронизировано…

 

В.В.Путин: Синхронизировано, совершенно верно. Вот это первое.

 

И второе обстоятельство, на которое я хочу обратить внимание. Оно связано с тем, что у нас различные – так называемые первичные источники энергии должны быть сбалансированы по цене, иначе у нас вся страна и все потребители сядут на один газ. Это не очень хорошо. Потому что…

 

С.В.Густов: Это дёшево сейчас… Газ – дешёвое топливо.

 

В.В.Путин: Газ – дешёвое топливо, но он корёжит рынок. Если мы всё посадим на газ, что будут производить горняки? Откуда они получат деньги на своё собственное существование и своих семей? Они что, будут работать только на экспорт? А экспортные контракты раз – и сократились в условиях кризиса на 60%. И отрасль упала сразу, и вместо 25 тыс. в месяц они начали получать 19–18, а то и 17,5. Я ж там бываю, я с ними разговариваю. И потом, есть ещё вопросы, связанные с безопасностью. Если всё посажено на один первичный энергоноситель, труба «щёлк» по каким-то причинам – и целые регионы остались без энергетики. Очень опасно для нашей северной страны. У нас 70% территории, считается, в северных условиях. Поэтому, безусловно, проблема известна и точно можно сказать – и я могу вам сказать, а вы будете говорить людям, с которыми вы будете встречаться: мы будем делать это ответственно, будем сбалансированно подходить к вопросу, но будем делать обязательно.

 

С.В.Густов: Спасибо.

 

В.В.Путин: Давайте мы сюда переедем, я обещал.

 

А.В.Зайцев (руководитель НРО Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов): Владимир Владимирович, я являюсь председателем АККОР по Нижегородской области. Возглавляем крестьянские, фермерские хозяйства. Какая основная проблема у всех крестьян и фермеров – правильно сказал мой коллега – это сбыт. Продукцию мы можем произвести, и много произвести – у меня самого около 2 тыс. голов скота, коровец, будем говорить так.

 

В.В.Путин: Поголовье мясное?

 

А.В.Зайцев: Нет, молочное. Кооперативы как таковые… У меня тоже кооператив создан, но мне кажется, нужно создавать логистические склады, куда мы должны поставлять продукцию. Мы её должны производить, но мы не должны её продавать. Кто-то должен производить, а кто-то должен продавать, вот в чём дело. Будет ли что-то делаться или нет? И ещё один вопрос, не вопрос – так уж, пожелание, что ли. Много сделано за это время уже по сельскому хозяйству, это видно. Будет ли что дальше ещё делаться в этой отрасли?

 

В.В.Путин: В первой части я уже говорил и хочу сказать ещё раз: мы значительную часть средств будем в будущем направлять на развитие инфраструктуры сельского хозяйства, потому что будут возникать ограничения, связанные с прямым субсидированием, в связи с ВТО. Но ВТО позволяет инвестировать в инфраструктуру, которая, собственно говоря, является основным двигателем прогресса, в том числе и в этой сфере. И в этой связи нам никто не мешает поддерживать создание сети распределения и реализации продукции. Давайте ещё раз к этому вернёмся, хотя я уже упоминал о поправках в закон о торговле. Я знаю, повторяю ещё раз, знаю и проблемы, которые там ещё не до конца решены, но в то же время есть и подвижки, причём подвижки серьёзные, да. Я же в контакте постоянно с вашими коллегами. Совсем недавно встречался. Мы говорили о развитии, в том числе и КРС, ну свиноводство и КРС – крупного рогатого скота, причём не только молочного стада, но и мясного. Кстати, для всех собравшихся могу сказать, что это разные вещи. У нас ведь мясного скотоводства крупного рогатого скота в советском союзе никогда не было. Это отдельная песня. Бычки, которых специально выращивают на мясо, - это совсем другое качество производства. У нас просто никогда даже стада такого не было практически. Говядина, которая поступала к нам на прилавки, – это коровы, которые перестали давать молоко. Это совсем другая история. Выбраковка из молочного стада. Вот эта выбраковка, значит, шла на мясо. А мясное производство скота – это совсем другая тема. Но, повторяю, у нас и стада-то никогда не было. Его закупать надо и разводить. И если по свинине, как я уже говорил, цикл примерно три-пять лет, то по крупному рогатому скоту – восемь лет, восемь-девять. Мы обеспечили кредиты, они работают, проекты реализуются, мы и дальше их будем поддерживать. И конечно, будем… Давайте ещё раз вернёмся к распределению. Но это не только от нас зависит, это в значительной степени зависит от местных органов власти на местах, где продукция продается.

 

Л.Г.Рюмина (Народная артистка России, певица): Владимир Владимирович, можно?

 

В.В.Путин: Сейчас я к вам доберусь туда. С женщинами лучше не спорить, лучше дать им слово, а то они сами возьмут.

 

Л.Г.Рюмина: Спасибо. Да тут, может, микрофон и не обязательно. Я просто к тому, что у меня фольклорные центры и 130 детей занимаются в студиях. И финансирования у нас на это нет никакого, и родители платят, пусть там небольшая сумма – 3,5 тыс., но для них это достаточно существенно из бюджета. Но так как нам проплачивается это через сберкассу, у нас и налоги, и НДС – всё высчитывается. И получается, на развитие этого направления даже из резерва родительских взносов всё равно очень мало. Вот как сделать так, чтобы даже если направление не поддерживается государством, а родители сами, чтобы хотя бы это НДС… Да, вот снять с детского направления развития народного искусства и любого.

 

В.В.Путин: Ещё раз скажите – вот у вас есть школа. Не спеша расскажите.

 

Л.Г.Рюмина: У нас студии. Студии, фольклорные коллективы, танцуют и поют. В этом году первое место взяли среди детских коллективов города Москвы. Нам всего три года. Четыре года, как мы въехали в театр.

 

В.В.Путин: Это у вас частное учреждение?

 

Л.Г.Рюмина: Нет, это государственное учреждение культуры «Фольклорный центр Людмилы Рюминой». И у нас дети первое место в Москве заняли, Вы представляете? Педагоги молодые …

 

В.В.Путин: А за что берут НДС? Я не понимаю. НДС-то какой, за что там?

 

Л.Г.Рюмина: Налоговые… Из того, что платится, практически мы на налоги половину тратим, и на развитие остаётся очень мало денег, потому что всё только из бюджета родителей, потому что финансирования нет никакого в этом направлении.

 

В.В.Путин: А если это бюджетное учреждение, как же нет финансирования?

 

Л.Г.Рюмина: А вот нет финансирования на студии, понимаете, нет.

 

В.В.Путин: Вы откуда, из какого региона?

 

Л.Г.Рюмина: Да я из Москвы. Рюмина Людмила, народная артистка.

 

В.В.Путин: Сколько у вас заработная плата у преподавателя?

 

Л.Г.Рюмина: У преподавателя в пределах 20–30 тыс. Это мы из тех денег, которые оплачивают родители, и занимается там концертмейстер и все… У нас из бюджета… Нет, это зарплата, которую им оплачивают как артистам, а они у меня еще танцуют, поют, играют на инструментах, с высшим образованием, и они ещё и аспирантуру закончили – потрясающие мастера. Поэтому мы первое место в Москве заняли, понимаете? Поэтому я не могу им платить так, чтобы они бедствовали, чтобы они держались и чтобы…

 

В.В.Путин: Ну абсолютно правильно. Они должны получать достойно.

 

Л.Г.Рюмина: Но вот это глупое, непонятное отношение к детям и в частности к этой ситуации – для меня оно… Я никак не могу понять, почему такое законодательство? Нам детей надо воспитывать, чтобы они любили Россию, народное искусство, свою родную культуру, а получается так, что мы оплачиваем налоги из этих денег, которые дают родители.

 

В.В.Путин: Ну, логика здесь простая, она чисто экономическая, фискальная, и специалисты в этой сфере говорят, что нам нужно вообще выравнивать налогообложение для всех сфер деятельности. Хотя в наших условиях, наверное, это сегодня неоправданно. Что касается того, чтобы ещё раз вернуться к налогообложению дополнительного образования, – давайте вернёмся к этому ещё раз.

 

Л.Г.Рюмина: Хорошо, спасибо.

 

Реплика: Калининграду можно слово?

 

В.В.Путин: Сейчас, подождите, я обещал. Да.

 

Ж.Э.Орлова (Председатель Амурского областного Союза женщин): Я прошу прощения, Владимир Владимирович, уж будьте любезны. Амурская область. Председатель Амурского союза женщин Орлова Жакелина Эдуардовна. Очень важный вопрос для Дальнего Востока: 10 лет назад Амурская область была 1,5 млн человек, а сейчас – 800 тыс. Какие ваши мысли по сохранению Дальнего Востока? Это первое. Второе: на территории Амурской области поместится пять европейских стран и потеряются – от села до села 200–300 км, село находится в неравноправном положении – лишены консультационных услуг, лишены дорог, лишены воды и так далее, и тому подобное. Очень прошу поддержать проект агропарка в Амурской области. На сегодняшний день этот проект идёт снизу…

 

В.В.Путин: А что это за проект?

 

Ж.Э.Орлова: Агропромышленный парк. Насколько я знаю, Минэкономразвития заложило, но пока только галочку. Прошу поддержать, потому что для Амурской области это очень важно, это развитие села, это сохранение земли.

 

И ещё один вопрос, который тоже хочу поднять: считаю недопустимым, когда земля (народное достояние) выставляется на аукцион, и эту землю на 49 лет имеют право по аукциону взять в аренду китайцы. Считаю недопустимым. Спасибо.

 

В.В.Путин: Давайте начнём с последнего. Вопрос о привлечении инвестиций в какие-то сферы деятельности. Нужно здесь что? Что является критичным? Скажу откровенно: критичным, на мой взгляд, является недопустимость создания моноэтнических населённых пунктов вдоль границы Российской Федерации.

 

Ж.Э.Орлова: Это всё понятно…

 

В.В.Путин: Можете мне поверить, я думаю над этим постоянно.

 

Ж.Э.Орлова: Это уничтожение нашей земли.

 

В.В.Путин: Нет-нет, это не уничтожение. Моноэтнические формирования вдоль границы недопустимы. Что касается привлечения инвестиций, в каждом конкретном случае нужно смотреть отдельно. Нельзя ограничивать инвестиции, но нужно, чтобы условия их привлечения были такими, которые соответствуют нашим интересам, причём как общенациональным, так и региональным. Давайте вернёмся к этому ещё раз, посмотрим на этот конкретный случай.

 

Но вопрос, который вы подняли, безусловно, относится к разряду первостепенных, потому что российское государство, многие поколения наших предков многое сделали, для того чтобы поднять этот регион и освоить его. Конечно, то, что происходит, начиная с 1990-х годов и по сей день, – это очень печальное и очень опасное зрелище. Депопуляция Дальнего Востока и Восточной Сибири – крайне опасная тенденция. Нельзя сказать, чтобы ничего не делалось. Совсем ещё недавно (в историческом прошлом это не так давно) наши предки перебирались из европейской части на Дальний Восток исключительно по морю – по Индийскому океану и туда, во Владивосток, и дальше. Другого пути не было. Потом к войне 1905-го года построили железную дорогу. Но, как вы знаете, автомобильной дороги, связывающей эту часть нашей страны с остальной частью, не было до сих пор, и только-только мы её завершили. Она требует развития. Там ещё, наверное, вторая полоса потребуется, но вторая полоса будет востребована, когда объём перевозок будет соответствующий, чтобы это экономически было целесообразно. Там нужно развивать производительные силы, и для этого многое есть: есть природные ресурсы, слава Богу, есть пока ещё люди, преданные этой земле и знающие, что такое жить в этом регионе России.

 

Вы знаете, что мы сейчас вводим и льготные перевозки – их нужно расширять. И чтобы ни говорилось по поводу общих правил, то это как раз та сфера деятельности, которую – вот детство, например, и воспитание детей, в том числе и в таких коллективах, о которых наша коллега говорила, – тоже можно отнести к известным исключениям, так же как и развитие Дальнего Востока.

 

У нас есть программа развития Дальнего Востока. Но мне кажется, что этого недостаточно. По всей видимости, нам нужно будет создать специальную структуру – либо госкомпанию, либо корпорацию, либо крупное акционерное общество со 100-процентным государственным капиталом, которое должно будет заниматься продвижением проектов на Дальнем Востоке, связанных с развитием инфраструктуры – дорог, связи, аэропортов, местной авиации, с освоением природных ресурсов, с развитием портовой инфраструктуры. В целом всё это есть, но нужно придать этому дополнительную динамику. Вы знаете, сколько денег мы истратили сейчас на проведение саммита АТЭС во Владивостоке. Но не для того, чтобы просто собрать начальников больших, а для того, чтобы придать толчок развитию региона. Вы знаете, на меня произвело огромное положительное впечатление то, что сделано по подготовке этого саммита. И связано это со строительством будущего, надеюсь, крупного научного и воспитательного, образовательного центра – Дальневосточного университета. Любо-дорого посмотреть! Завидно будет для всех, кто это увидит. Но нам нужно его насытить интеллектуально. Первое. И второе – и этого недостаточно. Вот в Амурской области мы, знаете, собираемся строить новый космодром. И я уверен, что мы реализуем эту программу. Она долгосрочная, дорогая, но уже с 2015 года там планируются первые старты, а в будущем и запуск кораблей на обитаемые станции. И я надеюсь, что это будет ещё одним хорошим шагом для развития не просто Дальнего Востока, а развития его интеллектуальной составляющей. Вы знаете, сколько сделано там по развитию гидроэнергетики: одна станция запущена, сейчас вторая заложена.

 

Ж.Э.Орлова: Для Амурской области в 10 раз дороже продают эту электроэнергию, чем Китаю. Для Китая – 48 копеек за киловатт, для Амурской области – 5 руб./кВт.

 

В.В.Путин: Вот если эти перекосы есть, то на них тоже надо обратить внимание и внимательно посмотреть. Это всё должно быть сопоставимо с реалиями экономической жизни внутри региона и в целом по стране. И если на экспорт гонят продукцию дешевле в несколько раз, то это вопрос, который нужно обратить и к энергетикам, и к местным властям. Обещаю вам, что к этому вернусь, но что касается развития Дальнего Востока, то, безусловно, я уже сказал: нужно создавать дополнительные возможности и направлять туда необходимые ресурсы.

 

И я сейчас скажу вещь, которая, безусловно, привлечёт внимание. Я думаю, что у нас другого источника, кроме резервов, не будет здесь. Так же, как мы делали в период кризиса: мы привлекли средства из наших резервных фондов, для того чтобы перекредитовать наши крупные предприятия, которые попали на так называемые margin call, то есть попали в ситуацию, когда они могли утратить залоговую массу, свои заложенные акции наших крупных стратегических предприятий. Мы им дали денег, они перекредитовались, мы их забрали, эти залоги, в российские финансовые учреждения. Я думаю, мы другого источника не найдём, хотя не хотелось бы этого делать. Резервы есть резервы, но мы обязательно найдём эти источники для дополнительного развития Дальнего Востока.

 

Реплика: Владимир Владимирович, Калининград, можно?

 

В.В.Путин: Я обещал уже, что переберусь сюда… Сейчас вернёмся.

 

 М.М.Загидуллина (выпускница факультета биотехнологий и стандартизации Казанской государственной академии ветеринарной медицины, председатель РОО «Аграрное молодёжное объединение»): Спасибо, Владимир Владимирович, что Вы дошли в эту сторону. Я представляю сельскую молодёжь республики Татарстан. У меня достаточно конкретный вопрос по программе социального развития села. Благодаря Вам эта программа появилась на свет и стал решаться жилищный вопрос. Но, к сожалению, сейчас эта программа немного секвестровалась, и так получилось, что при росте внутрирегиональной поддержки федеральное финансирование резко сократилось. И ещё плюс ко всему ввели уровень РБО, который серьёзно подрезает активно развивающиеся регионы, хотя у нас сейчас в республике на очереди на получение жилья стоит около 6 тыс. семей. Я считаю, что необходимо увеличить федеральное финансирование именно на эти цели, потому что, если даже мы будем в течение 10 лет работать по этой программе, мы не сможем обеспечить жильём всех желающих. Вот я хотела бы услышать Ваше видение этого вопроса.

 

В.В.Путин: Я уже говорил и могу повторить, что, конечно, социальное обустройство села, безусловно, является одним из приоритетов, потому что если мы хотим, чтобы люди туда ехали, особенно интеллигенция, то, конечно, нужно соответствующие условия обеспечивать. И в этой связи вы знаете об инициативах, связанных с созданием системы обеспечения жильём. Я уже говорил «Учительский дом» – помните эту программу? Вы наверняка это знаете. Это реальная прямая поддержка, это подъёмные для молодых учителей в объёме полумиллиона, это подъёмные для молодых врачей, которые поедут в труднодоступные регионы (ну и просто на село), – миллион. И вот таких программ, конечно, должно быть больше.

 

Что касается в целом, генерально, у нас есть программа социального развития села, мы её сохранили. Да, в какой-то момент там немножко сокращено финансирование в связи с кризисом и тем, что мы должны были перераспределить ресурсы. Но мы её не только сохранили, будем наполнять и дальше. Я очень рассчитываю на то, что и местные власти, региональные… А в Татарстане люди очень эффективные, я говорю это без всякой иронии. Татарстан у нас один из лидеров – и по экономике, и по развитию социальной сферы – не в последнюю очередь благодаря человеку, который в этом зале присутствует, вон там, в первых рядах – Минтимер Шарипович (М.Ш.Шаймиев – государственный советник Республики Татарстан) сидит. Он много сделал, очень много сделал для развития Татарстана, для села, задел колоссальный (колоссальный!), и это та база, на которой, безусловно, можно осуществить и следующие шаги. Будем помогать, но рассчитываем на то, что и региональные, и местные власти будут так же активно работать, как и раньше.

 

В.И.Леоненко (президент Международной ассоциации общественных организаций блокадников города-героя Ленинграда): Владимир Владимирович, первый такой вопрос: когда-нибудь мы можем решить вопрос бесплатного образования и бесплатных кружков? Это первое.

 

Второе. Я представляю Ленинград, то есть Санкт-Петербург представляю. Я являюсь президентом Международной ассоциации общественных организаций блокадников. Прошёл съезд блокадников в Ленинграде, он 21-й. Мы Вас приглашали, между прочим, на съезд много раз. Блокадники Вас все поддерживают. У нас 104 организации, разбросанные по всему миру, в России только 65. Все единогласно будут Вас поддерживать и просили меня об этом Вам сказать. Но вопрос заключается в другом (мы ежегодно проводим съезды): уж очень дорогая дорога, перелёт. Из Магадана, Владивостока, Комсомольска-на-Амуре летят к нам на четыре дня, дорога в один конец – 30 тыс. Как бы вот этот вопрос решить?

 

В.В.Путин: Я уже говорил, что мы ввели льготы для перелёта из удалённых точек, прежде всего с Дальнего Востока для людей старшего поколения и для молодых: для молодых людей 20 с небольшим лет и для людей пенсионного возраста. Мы будем, во-первых, расширять количество населённых пунктов и будем увеличивать эту льготу. Что касается данного конкретного случая, мы просто целевым порядком поможем вашей организации и предусмотрим необходимые субсидии. Уверен, что это небольшие деньги и мы это сделаем. Это первое.

 

Второе. Что касается дополнительного образования (насколько я понимаю, речь идёт об этом) для детей. Тут коллега уже поднимала этот вопрос. Посмотрим, что можно сделать дополнительно и с точки зрения налогообложения, и прямой поддержки. Может быть, прямая поддержка будет более эффективной, чтобы не ломать систему налогообложения (здесь уже поднимали вопросы, связанные с налогообложением). Может быть… Не может быть, а точно будет более грамотно просто выделить дополнительные средства, с тем чтобы и налоговую систему не ломать, но в эту систему дополнительные средства направить, в том числе – если через регионы (регионы это должны делать) – путём дополнительных субсидий, «окрашенных», именно на эти цели.

 

И.С.Глазунов (Народный художник СССР): Владимир Владимирович, для меня, как и для всех присутствующих, большая честь присутствовать здесь, потому что мы все верим в Вас и уверены, что Вы выведете Россию и сделаете её снова великой. Я помню, как Вы в первый раз сказали, давно, ещё во времена Ельцина, в Кремле: «За великую Россию!» И Вы меня потрясли, так же как Вы потрясли наших студентов, когда Вы дали им грант. Сейчас памятник Столыпину, которого Вы любите. А для меня это очень много, потому что это величайший, гениальный реформатор России, и Вы, который идёте его дорогой, достойны восхищения и уважения. Студенты нашей академии делают лучший памятник Столыпину - Вы выбрали это, не зная этого. И у меня только два вопроса. Первый вопрос, Владимир Владимирович. Демократическое искусство предполагает, что народу оно понятно. Народ – это мы с вами, все кто здесь присутствует. Это и балерина, и шофер такси, и политик. Все. И сейчас многие волнуются… Только что у меня закончилась выставка в Петербурге, в Ленинграде, и тоже спрашивали об этом: почему сегодня поддерживается авангард, когда никто из нас не хочет, чтобы нарисовали его или маму, или любимую женщину в виде чёрного квадрата, а хотят, чтобы его нарисовали реально? Для этого нужна школа. Будет ли чётко ограничено вот это, так называемое, современное искусство, которое уже кончается тем, что сейчас на выставках выставляют перевёрнутый унитаз с приклеенной пачкой Marlboro и называется «Композиция №6. Зов Космоса». И это покупается. Наши молодые великие художники вынуждены уезжать из академии даже. Их принимают Америка, Франция, потому что школа сохранилась только в России и только благодаря Вам основанной Русской академии живописи, ваяния и зодчества имени Глазунова, которую Вы посетили и видели своими глазами. Это вопрос первый. О линии государственной, потому что свободы вообще не существует. Есть «свобода от…» и есть «свобода для…» Это первый вопрос.

 

И главный вопрос, который я буду задавать. Мне бы очень хотелось знать, вот, например, Америка и Англия для всех россиян вводят обычай отпечатывать пальцы при въезде. А почему мы, великая держава, когда к нам приезжают и американцы, и англичане, и эти небедные, о которых так любят поплакать, мигранты, почему мы не вводим того же метода? Тем более что отпечаток пальца изобретён русским человеком, который умер в Париже. Это русский московский исследователь изобрёл то, чем пользуется весь мир. Это вопрос первый. Нет, это вопрос второй, простите.

 

И вопрос самый главный. Вот все говорят, что нужны мигранты, рабочая сила. Непонятно, что отвечать. 26 млн наших соотечественников, которые из Ленинграда, из Москвы, из Новосибирска уехали по путёвкам в республики братские тогда, советские, и поднимали благосостояние, материальную культуру и культуру вообще этих нынче самостоятельных государств. И они (их 26 млн) не могут приехать к нам так свободно, как свободно приезжают (и это очень нехорошо, что на них наживаются) эти бедные, несчастные азиаты. Мы против этого. Как, например, простите уж дорогие друзья… Только что была моя выставка в Ленинграде (я сам петербуржец, блокадник, кстати, тоже) и там встретили машину, Владимир Владимирович, огромную машину с картинами три таджика. Директор уехал, ему наплевать на всё это, на культуру. Там выставка бриллиантов, скандинавских унитазов и прочее обычно. Я ему говорю: «Ну как же так, три таджика и они по-русски не говорят». Выяснилось, что они живут в подвале Манежа ленинградского, получают по 6 тыс. Он мне сразу же о ксенофобии (не дай Бог сказать, что ты русский, сразу же – ксенофоб, а я горжусь, что я русский), говорит: «Вам не нравится их национальность?» Я говорю: «Нет, они мне нравятся, и национальность их нравится. Я считаю, что один из них должен быть директором Манежа вместо вас». Он сразу же озлобился. Это Георгий Сергеевич, который открывал выставку. И вот мне бы хотелось спросить: почему нельзя – и сейчас об этом говорят и в церкви, и в народе, что очень много русских находится и в Америке, и в Италии, и во Франции, ещё беженцы той волны, – почему их всех не объединить у нас вместо того, чтобы всё время занимали жители Кавказа и Азии, не говорящие по-русски, свободные места тех, которые родились здесь, живут и строят великую Россию. Спасибо за внимание!

 

В.В.Путин: Илья Сергеевич, по поводу уезжающих, по поводу «Чёрного квадрата», современных средств изобразительного искусства. Малевич, ведь тоже когда-то уехал. И «Чёрный квадрат» он написал там, за границей, насколько я понимаю, да? Это, конечно, не живопись в традиционном понимании, это какое-то философское выражение его видения чего-то. Ну вот он так представлял мир, так представлял что-то. Конечно, это не требует каких-то особых данных, но Малевич такими данными всё-таки обладал. Он и реалистические вещи писал, и писал неплохо, очень хорошо писал. Хотя Вы лучше, конечно, делаете, я не сомневаюсь. Но вопрос о том - закрывать что-то, запрещать. Но мы же уже закрывали и запрещали. Поддерживать – да, другое начало, это справедливо. Но вы-то сказали «Нельзя ли их прижать?» Давайте не будем ничего запрещать. Поддерживать реализм, безусловно, нужно. Не социалистический, а просто реализм. Это, безусловно, так.

 

Теперь по поводу приезжих и наших соотечественников за рубежом. Конечно, очень важный вопрос. Но ведь он с чем связан? Вот граждане Средней Азии приезжают и живут в подвале, работают за 2–3 тыс. рублей. Вам сказали «6 тыс.», на самом деле, я уверен, меньше. Дело в том, что наши соотечественники, проживающие в этих странах, на такую работу, на такие условия не согласны. Они не будут жить в таких условиях, то есть кто-то приезжает и живёт, но в основном нет. Первое. И второе – вот тогда, когда люди приезжают из-за границы, даже этнические русские, всё равно им нужно создать условия для проживания и обеспечить рабочими местами. И нужно ещё, чтобы социальная инфраструктура соответствовала количеству населения в том или другом населённом пункте, то есть нужно, чтобы были больницы, поликлиники, детские сады. И, надо прямо сказать, местные граждане тоже ставят такие же вопросы, говорят: «А если вы их собираетесь обеспечивать жильём, почему не меня сначала? Вот я здесь живу 20 лет, на очереди стою, я нуждающийся. А вот человек приезжает из-за границы, да, он русский, ему надо помочь. Пускай он едет в моё разрушающееся жильё, а мне дайте квартиру». Понимаете, здесь на самом деле возникает очень много вопросов. Я сторонник того, чтобы максимальное число наших соотечественников вернулось на свою историческую родину. Сторонник. Надо выработать только эффективные способы решения этой проблемы. Я не против. Но нам потихонечку надо заканчивать, ладно?

 

Н.Я.Ларионова (председатель Международной общественной организации «Союз социальной защиты детей»): Уважаемые коллеги! Нина Ларионова, руководитель штаба Северного административного округа. Я работаю с детьми. И вот как раз в 13,5% есть часть моих подростков, с которыми работаю 50 лет практически, потому что с самого окончания института я занимаюсь этой деятельностью. Но, Владимир Владимирович, милый, я знаю, как хорошо думать, что Вы всё должны сделать, Вы всё должны сдать, всё за нас. Но здесь сидят красивые люди, нравственно красивые люди – артисты, композиторы, работники, педагоги. Я затем взяла микрофон судорожно, чтобы поблагодарить Вас. Я представляю, какие ночи Вы не спите. Там Дальний Восток, там граница, там столько событий. Мы, сидящие в зале, знаем, переживаем, я, например, люблю Вас уже 20 лет. Мне не стыдно это говорить: мне за 70, мне можно.

 

В.В.Путин: Спасибо.

 

Н.Я.Ларионова: И Вы такой человек… Когда в 2001 году был гражданский форум и Владимир Владимирович первый пришёл к нам – гражданским, общественным организациям, я написала записку, подошла. Владимир Владимирович сказал: столько записок, отвечу вам в этом зале, успею, я три часа с вами просижу. Впервые я услышала об этом. Мне приходилось плакать на международных форумах, когда президент моей страны был нетрезвым, за это я плакала, и все женщины плакали.

 

В.В.Путин: Просто не закусил вовремя… Ничего страшного, он же русский человек.

 

Н.Я.Ларионова: Владимир Владимирович, я написала Вам записку, что сижу в зале на форуме, 2002 год, я горда тем, что президент моей страны умен, талантлив и трезв. И потом подумала, что меня накажут. А спасибо Вам за то, что от Вас позвонили и Вы сдержали своё слово. Меня поблагодарили, не посадили, ничего не сделали, но поблагодарили. Конечно, лихая записка, конечно. И благодарю за то, что Вы у нас есть. И мы крепко пойдём в оборону и не дадим никаким недалёким, недолюбленным людям, недокормленным людям, не дадим Вас взять. Всё, за Вас!

 

В.В.Путин: Спасибо большое. Перед этим вы сказали…. Сейчас-сейчас, я должен ответить, обязательно. Значит, вы сказали о том, что это не работа, это судьба непростая. И действительно, иногда и бессонные ночи случаются, и постоянно проблемы, приходится о них думать, решать. Я хочу сказать, что и Борису Николаевичу Ельцину досталась непростая судьба, и бороться с этими стрессами не так просто. Ну да, были проблемы определённые, но он многое сделал в том смысле, что он дал свободу. Это очень важно, он решился на это. Да, и ошибок было немало, но есть и такие вещи, которые являются непреходящей ценностью. Наверное, можно многое было бы сделать иначе. Но я всё-таки хотел бы взять его под защиту. Спасибо!

 

В.Г.Газзаев (Президент футбольного клуба «Алания»): Спасибо. Наконец-то слово дошло до спортсмена. Спасибо большое, Владимир Владимирович. Но мы хотели бы поблагодарить Вас за то, что наша страна получила огромную возможность, благодаря Вашему влиянию, – то, что будут Олимпийские игры и чемпионат мира. Конечно, для нас, вот для меня лично увидеть чемпионат мира, в моей стране – это большое счастье. Вам большое спасибо. Выиграем обязательно, Владимир Владимирович. Но только когда Вы станете Президентом, тогда мы выиграем – 100%! Я что хотел бы сказать, Владимир Владимирович? Вообще, обращение моё – к Вашим доверенным лицам, то есть к нам, чтобы каждый из нас донёс до избирателя то, что России нужен сильный, авторитетный, влиятельный мировой политик – такой, которым является Владимир Путин. Я бы просил вас всех поддержать. Владимир Владимирович, дай Бог Вам здоровья, мы за Вас. Дай Бог, чтобы всё у Вас сложилось хорошо. Вопросы мы задавать Вам не будем, потому что Вам очень много вопросов задавали, поэтому – только пожелания и крепости духа. Спасибо!

 

М.В.Шмаков (Председатель Федерации независимых профсоюзов России): Владимир Владимирович, одна очень короткая реплика. Я бы даже сказал, короткая просьба. Я хотел бы всех вас, уважаемые коллеги, товарищи, обратить всё-таки к началу нашей встречи. Мы говорим о том, что мы с вами – доверенные лица Владимира Владимировича. Я думаю, Владимир Владимирович, к Вам просьба одна: скажите всем нам, что нам нужна победа в первом туре, и мы все должны на это работать.

 

Н.Г.Бабкина: Владимир Владимирович! Да!

 

В.В.Путин: Хочу сразу ответить на этот вопрос. Выборы должны быть честными, прозрачными, объективными. И каждый кандидат получит то от народа, чего он заслужил.

 

Н.Г.Бабкина: Это правда. Да! Владимир Владимирович, я Вас зову уже давно, и микрофон мне никто не включает, понимаете, какая история?

 

В.В.Путин: Демократия такая.

 

Н.Г.Бабкина: Демократия, вот именно что. Правильно были сказаны слова, что нам нужно сейчас всем сосредоточиться, чтобы выборы состоялись в единственном правильном – в одном туре. Нам сосредоточиться нужно так, чтобы мы общались с разными социальными слоями населения. И многое, очень многое зависит от нас, потому что мы – доверенные лица. И доверенные лица действительно масштабной личности, с личностными его качествами. Понимаете? Человек государственного мышления. И мы понимаем, как нам надо работать с населением.

 

Посмотрите, как общество сегодня расшатывается всевозможными агрессиями, ненавистями друг к другу. И я это хорошо понимаю и усваиваю, потому что я являюсь представителем народа, многонационального народа России. Я – за то, чтобы мы сейчас сосредоточились в том, что наша страна многонациональная и в каждой республике есть своя культура, есть своё вероисповедание, есть много людей, которые «за» и «против». Наша задача – убедить, вернуть веру, веру в наше государство, в нашу страну. А что это означает? Вот эта наша разность, наша неповторимость, непохожесть друг на друга нас, наоборот, не разъединяет, а объединяет и делает тем самым единое культурное пространство – политическое и экономическое. И никак не наоборот. Поэтому я говорю о культуре общества, о культуре не в плане развлечения, а в плане национального самосознания от мала до велика. И нам нужно на это сейчас бросить все свои знания, всю свою любовь, всю свою преданность нашим традициям, уважение к нашей истории. И только таким образом мы сможем работать с населением.

 

Владимир Владимирович, я заверяю Вас, что у меня огромные свои планы, маршруты, где я буду встречаться с разной категорией людей и не только песни петь. Но поверьте мне, народ мне верит, и я не могу их обманывать. Поэтому, когда Вы будете формировать – я уверена, что Вы победите, потому что с Путиным России по пути, это 100%, я уверена в этом, – когда Вы будете формировать программу развития нашего общества, государства, я думаю, что нужно комплексно решать проблемы во всех отраслях нашего общества. Комплексно, не точечно. Вот там что-то создали, а здесь провалилось. Вот там что-то подкинули деньжат, а здесь нет. Понимаете, вот грант кому-то дали, а там нет. Комплексно! Национальная культура – основа государства, понимаете? И главный стратегический ресурс страны – это народ. Я Вам желаю удачи и победы!

 

Н.А.Сличенко (художественный руководитель Московского музыкально-драматического театра «Ромэн»): Буквально два слова. Вы простите, что я так одет, я просто болею. Два слова таких: когда Вы стали Президентом, в первую очередь Вы сделали то, что не сделали до Вас: Вы подняли Россию с колен, Россия была на коленях. Огромное Вам спасибо! Конечно, я понимаю, что много есть проблем, много есть забот, и Россия должна ещё выпрямиться и тогда ей цены не будет – нашей великой-великой России. А Вам огромное спасибо за Ваш талант, за Ваш разум, за Ваше добро! И помните, когда Вы меня награждали орденом, я Вам сказал: «Терпения Вам и успеха. И дай Бог».

 

В.В.Путин: Спасибо, спасибо большое.

 

Уважаемые друзья и коллеги! Я что хотел бы сказать в заключение? Здесь много раз говорили уже о некоторой агрессивности наших оппонентов. Я бы хотел сказать о том, что хорошо, что у нас есть оппоненты. Не всегда хорошо, что уровень политической культуры у нас пока низковатый, но то, что у нас происходит такой политический процесс в рамках конкурентной борьбы, – это уже хорошо, это хороший признак, и это тоже результат нашей с вами работы. Но я не сомневаюсь, что если мы с вами взялись за дело, то подавляющее большинство граждан России понимает (и этот вот конкурентный процесс, он, кстати, многие вещи высвечивает и делает актуальными, и делает понятным даже для рядового гражданина), что реально от его выбора зависит будущее страны. И в этих условиях у меня нет сомнений в том, что подавляющее большинство граждан нас с вами поддержит. Спасибо вам большое!